Роботы из фантастических фильмов и книг активно перемещаются в нашу реальность. Они ходят, переписываются в чатах и дают интервью. О том, стоит ли людям бояться новой техногенной революции и где заканчивается человек и начинается робот, ЧТД поговорил с вице-президентом Национальной ассоциации участников рынка робототехники Алисой Конюховской.

Алиса Конюховская

Чего нам ждать от роботов? Они нас лишат рабочих мест?
Если посмотреть на самые роботизированные страны, Южную Корею и Германию, то в корейской промышленности сейчас — 500 роботов на 10 тысяч человек, в Германии — около 300. При этом в этих странах низкий уровень безработицы — менее 4% населения.

Мы живем в сильно алгоритмизированном мире. Еще Генри Форд построил автомобильную промышленность по принципу разделения на простые операции, каждую из которых выполняет отдельный работник. И до сих пор многие люди выполняют монотонную алгоритмизированную работу.

Но сегодня есть и другие возможности организации труда: ты можешь не сидеть с 9 до 6 в офисе или у станка, работать сдельно, на проектах, дома, в путешествиях. Это связано не только с развитием автоматизации, но и в целом IT-технологий.

Да, у нас есть возможность работать не как роботы. А какие еще функции роботы возьмут на себя? Вот сексом, например, японские роботы уже сейчас занимаются лучше людей.
Робототехника была создана первоначально не инженерами, а фантастами. И у нас возникло представление, что робот должен быть похож на человека и выполнять сразу много функций, быть этаким слугой. Но роботы пока не готовы исполнять все наши желания.

А что касается новостей о том, что роботы лучше занимаются сексом: мне кажется, это больше хайп, чем реальность. С каким «бревном» этого робота сравнивали?

Антропоморфные роботы вообще не функциональны на данный момент. Их создают, чтобы быть на передовой, чтобы как в книгах и фильмах. Это тоже в своем роде «гонка вооружений».

А на самом деле робот должен решать конкретную задачу, улучшать бизнес-процессы, сокращать издержки или приносить удовольствие как хобби и развлечение (речь про образовательных роботов). Но есть и другая причина антропоморфности. Городская среда, да и вообще мир, в котором мы живем, созданы под человека: мы ходим ногами по ступеням, берем рукой чашку. Если роботы будут похожи на человека, их проще интегрировать в окружающую среду.

Но ведь появление роботов само по себе изменит среду, в которой мы живем?
В целом роботы сделают нашу жизнь более безопасной. Это во-первых. Если говорить о промышленных роботах, то опасные и вредные виды работ, например сварка и покраска, уже передаются роботам, и это сохранит людям здоровье.

Во-вторых, есть множество роботизированных разработок, которые направлены непосредственно на улучшение эргономики рабочего пространства, повышение качества жизни и самочувствия человека.

Например, поддерживающие экзоскелеты помогают снимать напряжение с мышц, тем самым делать монотонную работу легче. Кроме того, в промышленности они могут расширить возможности человека, чтобы, например, переносить груз, дольше передвигаться, сидеть без стула. Но пока они тяжелые, и у них быстро садятся аккумуляторы.

Сейчас активно развиваются роботизированные протезы. Не уверена, что это многим доступно, однако это интересное явление: как отделить, где заканчивается человеческое тело и начинается робот?
Устройство человеческого тела и внимания удивительно. Границы нашего тела находятся не на коже, а на том, что мы можем «ощупать» вниманием. Мы можем продолжаться через предметы, расширяя тем самым схему тела. Речь идет о «феномене зонда» в психосоматике. Например, мы включаем в схему своего тела ручку, когда пишем, велосипед, когда на нем катаемся, машину, когда едем за рулем. На основе этого принципа в схему тела могут встраиваться и протезы, если человеку комфортно и он ясно понимает, как можно управлять протезом.

Протезы есть тяговые, а есть бионические. Тяговые протезы — когда напряжение мышц на конечности передается как сигнал для сгибания или разгибания. В бионическом протезе электроды считывают электрический потенциал, вырабатываемый мышцами культи в момент их сокращения, а потом передают сигнал в микропроцессор кисти. Бионические протезы намного дороже, чем тяговые.

По действующему в России законодательству все инвалиды имеют право получить протез бесплатно.

Интересные тяговые протезы производит, например, российская компания Моторика. Для детей она делает тяговые протезы на 3D-принтере с уникальным дизайном — дети сами его выбирают.

Задача в том, чтобы дети чувствовали себя не инвалидами, а киборгами. Функционал протеза в чем-то шире, чем обычной руки. В бионические протезы для взрослых, в свою очередь, встраиваются разные дополнительные функции, например, технология PayPass.

А в каких отраслях помимо промышленности, образования и медицины роботы смогут сделать нашу жизнь лучше?

В России большим спросом будут пользоваться сельскохозяйственные роботы. С помощью беспилотных технологий можно создавать автономные фермы, которые смогут пахать и сеять на дальних территориях.

Сельских жителей все меньше, и есть ограничения на удаленность сельхозработ от жилья. А роботы могут уезжать как угодно далеко, если создать для этого инфраструктуру.

В-четвертых, это беспилотные автомобили. Основной аргумент в пользу их внедрения — безопасность. На дорогах гибнет около 20 тысяч человек в год.

Беспилотники безопасны, потому что там нет человеческого фактора. Робот не отвернется, ему не позвонят, он не устанет, не заснет или не напьется. Кроме самого автомобиля, в какой-то момент будет автоматизирована и вся дорожная инфраструктура и интегрирована в единую сеть.

Насколько это актуально с нашими дорогами?
У наших разработчиков даже есть преимущества, потому что в тяжелых дорожных условиях алгоритм лучше детализируется. В числе прочих этим занимается сейчас российская компания Cognitive Technologies и другие («Камаз», «Аврора Роботикс», «Волгабас», «Вист Групп», «Яндекс», НАМИ). Беспилотники станут реальностью на российских дорогах уже через 2-3 года.

Уже сейчас по Москве может ехать Tesla в беспилотном режиме, только незаконно. Сейчас активно разрабатывается закон о беспилотном транспорте для решения вопроса ответственности при аварии. Кто будет отвечать за аварию из-за неисправности автомобиля: владелец, потому что вовремя не съездил на техосмотр, производитель или разработчик беспилотной системы?

Чем тогда будут заниматься люди?
Если смотреть на ситуацию в целом: и в промышленности, и в сельском хозяйстве, и на дорогах они останутся. В том числе и для того, чтобы создавать и контролировать работу механизмов.

С роботами у нас появится больше возможностей работать интеллектуально и творчески. Вопрос, готовы ли к этому люди. Некоторым нравится рутинная работа — для некоторых это означает необходимость переобучения, получения новой квалификации.

Это большой философский вопрос к человеку — а что он может сделать для мира, если рутина будет автоматизирована.

Мое мнение — что с развитием технологий у человека остается все больше времени чтобы быть самим собой и быть с другими людьми. Больше возможностей досуга, коммуникаций, перемещений. Встает вопрос, что делать со свободным временем.

Хороший вопрос для того, у кого есть деньги. А если ты уволенный вахтер?
В России много людей работают на неэффективных должностях: вахтеры, билетерши, охранники, бюрократы и офисный планктон. Они не создают продукт или добавочную стоимость, а получают доход. Их рабочие места могут занять роботы или алгоритмы, а людям придется переучиваться. Чтобы люди не остались без средств к существованию, некоторые страны вводят безусловный базовый доход (ББД). Например, такой эксперимент начался в Финляндии, и в ближайшее время его введут еще несколько стран.

Удивительно, что люди не «пропивают» эти деньги.
Такой риск, конечно, есть. Одни из первых исследований БДД проводились в одной из африканских стран: люди покупают себе еду, детям игрушки, технику. Они удовлетворяют свои базовые потребности. А когда они удовлетворены, можно заниматься любимым делом, творчеством. В итоге снизилась преступность, повысился уровень образования, люди стали открывать бизнес.

Есть ли шанс, что роботов быстро внедрят в России? Пока звучит как научная фантастика.
В целом инвесторы ведут себя осторожно. Роботизация в среднем окупается за 3-5 лет, а у нас хотят вернуть вложения за 1-2 года. В более развитых странах срок окупаемости быстрее — просто потому что там дороже рабочая сила.

Пока в России есть дешевая рабочая сила из бывшего СНГ, роботов внедрять невыгодно.

При этом в России существует большой разрыв между наукой/образованием и потребностями бизнеса. По данным нашего последнего исследования, робототехнические компании планируют в 2018 году увеличить количество сотрудников на 30% по сравнению с 2017 годом.

Растущий спрос на высококвалифицированные кадры пока не удовлетворен. Каждый год российские вузы выпускают около 800 специалистов, но преподаватели, которые их готовят, не всегда знакомы с актуальной ситуацией. Выпускники этой специальности часто идут работать просто программистами, потому что не понимают, где применить свои теоретические знания.

Когда нас ждет встреча с высокофункциональными роботами? Будут ли нам в Сбербанке говорить металлическим голосом: «В каком отделении карту заводили — туда и идите»?
«Офисный планктон» тоже скоро будут заменять роботами. В том же Сбербанке активно автоматизируют составление договоров.

Мы специфически воспринимаем время. Либо думаем, что в прошлом был золотой век (рай), а сейчас все плохо, либо наоборот: рай и прогресс нас ждет в будущем. На самом деле мы сейчас живем в очень комфортной среде: например, с питанием и обслуживанием намного лучше, чем несколько десятков лет назад.

Робо-апокалипсис пугает нас так же, как календарь майя. Да и как само будущее с его неопределенностью. Да, мир меняется быстрее, чем раньше. Но роботы существуют для нас.

Есть много людей, которые занимаются созданием роботов, их интеграцией и обслуживанием, и это новые рабочие места. Раньше деньги выдавали кассиры — сейчас есть банкоматы. Раньше бутерброды продавали буфетчики — сейчас есть вендинговые автоматы.

Сами технологии создают новые потребности, а вслед за этим — и возможности для самореализации людей.

С развитием технологий меняется сознание. Если XX век был веком развития технологий, то XXI век будет веком развития психологии. У человека впервые в истории появляется свободное время. Человек все больше встречается с собой.