Как понять, что нам интересно? Могут ли наши интересы меняться, или мы с ними рождаемся? Что думают психологи о выборе занятия на всю жизнь? Новое масштабное исследование ставит под сомнение установку на поиск призвания. Полезнее исходить из того, что по мере погружения в тему она будет нам все более интересна, считает обозреватель The Atlantic Ольга Хазан.

Профессор психологии Кэрол Дуэк из Стэнфордского университета спросила своих студентов, кто из них ищет призвание: «Почти каждый поднял руку и мечтательно посмотрел вдаль. Они отвечали так, будто их должен настичь волшебный карьерный вихрь». Тада-а-а-ам! Баба-а-а-ах!... Это бухгалтерский учет! Будет ли у каждого неисчерпаемая мотивация? Торжественные кивки в ответ.

«Я не хочу разрушать ваши мечты, — сказала студентам Кэрол Дуэк, — но обычно в жизни так не бывает».

Вопрос о призвании, который Кэрол задала своим студентам, постоянно обсуждается в американском обществе. С 1990 года лозунг «Найди свое призвание» стал на порядок чаще встречаться в англоязычной литературе. «Найдите себе дело, которое любите, и вам не придется работать ни дня до конца жизни» — это еще один тезис неизвестного происхождения, распространенный в студенческих кругах.

Кэрол Дуэк и другие ученые считают, что этот совет ставит людей на ложный путь. «Каковы последствия такого подхода?» — спрашивает ассистент профессора психологии Пол О’Киф из колледжа в Сингапуре, созданного совместно Йельским университетом и Государственным университетом Сингапура (NUS). — Получается, что если вы что-то делаете и это ощущается как работа, то вы это по определению не любите».

Он привел в пример студента, бегающего из одной лаборатории в другую в надежде найти наиболее интересную для себя область исследований. «Идея в том, что если тебя не захлестывают положительные эмоции при входе в лабораторию, значит, эта конкретная область тебе не интересна».

Пол О’Киф и его коллеги из Стэнфорда, Кэрол Дуэк и Грег Уолтон, недавно провели исследование и пришли к выводу, что, возможно, нам пора изменить взгляд на то, что мы считаем интересным.

Призвание не может быть «найдено», говорят они. Призвание постепенно формируется.

Авторы четко обозначили разницу между двумя подходами. Один из них — это «теория фиксированных интересов» (по аналогии с термином fixed mindset, «фиксированная установка»). Суть этой теории в том, что основные интересы человека являются врожденными и их просто нужно найти. Второй подход можно назвать «теорией роста интересов» (по аналогии с growth mindset, «установкой на рост»), и он подразумевает развитие интересов человека с течением времени.

Чтобы выяснить, каким образом подобные установки влияют на наше увлечение разными темами, авторы провели ряд исследований. В них участвовали студенты, которым как раз часто рекомендуют найти свое призвание, называя его делом всей жизни или карьерой.

Сначала студенты прошли опрос, который позволил отнести их к «технарям» (увлеченным точными науками) или «гуманитариям» (которых интересует искусство или гуманитарные науки). Затем с помощью специальных вопросов исследователи выяснили, насколько участники эксперимента согласны с тем, что основные интересы человека не меняются со временем.

Затем студентам предложили материал, не соответствующий их интересам; «гуманитарии» читали заметку о будущем алгоритмов, а «технари» — статью о Жаке Деррида. Чем сильнее у участника эксперимента была установка на «фиксированные» интересы, тем менее интересна была для него статья, не соответствующая его статусу.

На следующем этапе исследования студенты сначала читали статью о двух теориях интересов, одна из которых предполагает врожденные интересы, а другая исходит из того, что они меняются. И снова тем, кто был убежден в постоянстве интересов на протяжении жизни человека, статья, не соответствующая их интересам, показалась менее вдохновляющей.

Как считают авторы, это означает, что студенты — сторонники теории фиксированных интересов могут отказываться от интересных лекций и других возможностей лишь потому, что они не соответствуют их первоначальным увлечениям. Также из-за этого студенты могут упускать из виду другие дисциплины, смежные с их интересами.

«Предположение о том, что увлечение — это нечто, имеющее четкую форму, и нужно постоянно искать свое призвание, — просто сумасшествие, — говорит Грег. — Оно никоим образом не согласуется с тем, как я и мои студенты воспринимаем учебный процесс. Ты приходишь на занятие, слушаешь лекцию или диалог и думаешь: это интересно!».

Развитие интереса к чему-либо — это постепенный процесс, подразумевающий вложение сил и непрерывное обучение.

Еще один аргумент против теории врожденных интересов заключается в том, что, следуя ей, люди склонны слишком рано сдаваться. Если возникают трудности в работе, человек считает, что это просто не то, что он любит. На одном из этапов исследования выяснилось, что студенты, считавшие, что их интересы фиксированы, не склонны считать, что в любимом деле могут возникать трудности. Они полагают, что их мотивация будет неисчерпаемой.

Кэрол Дуэк ранее изучала разные типы психологических установок и их связь с интеллектом. Согласно ее исследованиям, люди с гибким сознанием, которые верят в возможность изменений, меньше боятся ошибок, ведь они считают, что ум развивается, а не наследуется. Интересы связаны с возможностями человека, но не тождественны им.

Вот что утверждают авторы исследования: вы можете быть в чем-то заинтересованы, но ваши навыки в этом могут быть довольно посредственными. «Я играю на гитаре 25 лет, но не могу сказать, что мои навыки стали сильно лучше за последние 10 лет», — говорит Пол О’Киф.

Идея поиска «истинного» интереса может отпугивать людей и не позволять им всесторонне изучать выбранное направление.

Авторы предложили студентам изучить особенности фиксированного сознания и гибкого сознания, а затем предложили им новую интересную область: астрономию. Сначала им показали научно-популярное видео, созданное изданием The Guardian и посвященное идеям Стивена Хокинга. Оно было очень увлекательным и простым для восприятия.

Затем студентам дали прочитать сложную статью о черных дырах, насыщенную специфической терминологией, в научном журнале Science. Несмотря на только что проявленный на интерес к черным дырам, студенты, придерживающиеся фиксированной теории, сказали, что после прочтения статьи их интерес к черным дырам угас.

Иными словами, если человеку говорят, что его интересы являются «врожденными», он склонен сдаться при первых же трудностях, возникших при изучении чего-то нового.

К. Энн Реннингер, профессор Суортмор-колледжа, которая не имела отношения к исследованию, изучила процесс развития интересов и сказала: «Нейробиологи подтверждают, что интересы могут развиваться».

Иными словами, при должной поддержке почти любой человек может заинтересоваться практически чем угодно.

Хотя в исследовании не участвовали более старшие возрастные группы, авторы утверждают, что выявленные ими закономерности верны и для них. Например, интерес пары к воспитанию детей может быстро вырасти после рождения ребенка. «Вы можете ничего не знать о раке, но если им заболевает кто-то из ваших близких, вы довольно быстро становитесь самым настоящим экспертом в области онкологии», — говорит Пол.

Еще одно исследование показало, что сторонникам поиска призвания чаще удается с самого начала найти подходящую работу. Они ставят удовольствие от работы выше высокой зарплаты. Сторонники развития интересов отдают приоритет иным целям, нежели сиюминутное удовольствие от работы, и учатся, чтобы со временем адаптировать и развить свои интересы в других областях. «Тем, кто не нашел дело своей жизни, не следует опускать руки, ведь любовь к работе можно и нужно культивировать», — считают авторы исследования.

Как прививать молодому поколению концепцию развития интересов? Если вы родитель, не отказывайтесь от новых увлечений при возникновении трудностей. (Тогда дети возьмут с вас пример.)

Помимо этого, у нас нет никакого ясного способа убедить других в правильности установки на развитие интересов. Мы можем только быть уверены, что это адекватный способ рассуждать об интересах и что он нисколько не мешает рано или поздно встретить свое главное увлечение.

«Мы лишь пытаемся уберечь людей от скрытых последствий того, что стоит за советом искать призвание, — говорит Грег. — Так ли все устроено на самом деле? Немного новых знаний дают нам возможность посмотреть на эту установку иначе».