Бизнесмен, путешественник, владелец яхтенной компании и школы капитанов Алексей Никулин собирался пиарить на телевидении свой бизнес, а в результате стал телеведущим на канале «Моя планета», автором проекта «Русский след». Он рассказал ЧТД о том, как далеко его завело увлечение историей и как ему удается всегда заниматься любимым делом.

Вы помните чувство, с которым впервые вошли в кадр?
Я человек довольно общительный, могу стройно выразить мысль, но когда я попал в кадр впервые, превратился в жалкую дрожащую тварь. Как написано у Джека Лондона в рассказе «Меченый» — это прямо про меня: «Когда доходило до работы, вместо собаки перед вами была жалкая тварь».

Мы снимали первый фильм в Греции, и никто меня не адаптировал под ведение программ. На канале нет таких специалистов: ты либо умеешь, либо нет. Поэтому пришлось включать мозг самому. Я отсмотрел все видео, где я был в кадре, и понял свои ошибки. А потом психологически постарался избавиться от скованности и неумения ярко выразить мысль.

Я пришел к выводу, что надо излагать собственные мысли, а не те, что дает редактор.

Закадровые тексты ты тоже должен писать сам. И когда ты излагаешь собственную мысль и сам потом читаешь, это выглядит гармонично и естественно.

Я всю жизнь принимал вызовы, надо справляться с ними без истерик, понимать свои проблемы и искать решения. Поэтому я нашел человека, который помог мне с речью. Оказалось, с ней у меня не так много проблем. Меня отправили со словами: «У тебя все отлично, просто позанимайся». И я занимался.

Как вас занесло на телевидение из бизнеса?
Нельзя взять и стать ведущим только потому, что ты этого захотел. Просто увидеть себя на экране — на мой взгляд, не главная задача. Никаких шансов при таком подходе сохранить себя в «ящике» нет. Должна быть сверхидея. У меня этой идеей благодаря увлечению историей стал поиск русских следов по всему миру.

К моменту встречи с телевидением я уже путешествовал со смыслом, писал об этом истории.

Мне было мало просто болтаться на яхте от одного острова к другому. Даже в яхтенном путешествии должен быть смысл, а прозябание на пляже и отельная предсказуемость all inclusive не для меня.

Я совладелец частной яхтенной компании и школы, которая готовит капитанов. У меня была прикладная задача пиарить этот бизнес, с чем я и пришел на «Мою планету». Вместе с ведущим Марком Подрабинеком мы сделали три фильма, а Коля Табашников потом сказал: «Кэп, давай придумаем продолжение». Так появился «Русский след». Если географические открытия уже сделаны, то в нашем историческом прошлом загадок и тайн хватает.

Алексей Никулин

Разгадывать тайны и была ваша главная идея?
Я ставил конкретную цель в рамках каждого фильма. Допустим, я хотел докопаться, а что же это была за русская губерния в Греции, или где находится такой-то корабль, или что происходило в 1943 году на острове Лерос, что там забыли британцы, почему немцы так отчаянно бились, как это отразилось на геополитической карте Европы и так далее.

Главный принцип документального кино — до конца не знать, чем все кончится.

Понятно, что у тебя должны быть заранее подготовленные ходы, творческие ориентиры. Но к какому выводу придешь — определять заранее не надо. Надо оставлять себе свободу маневра для приключений.

Главное, не скользить по поверхности, а углубляться в технологию процесса. Мы год от года оттачивали формат, работали и все время учились. Очень важно постоянно учиться. И не стесняться задавать вопросы, искать ответы самому и получать их от коллег, вникать в смежные специальности, например, монтаж. Мне хотелось знать больше о том, чем я занимаюсь.

Как воспринимали вас коллеги?
Атмосфера всегда была доброжелательная. Вместе мы сняли несколько десятков фильмов, какие-то экспедиции были по полтора месяца. Я никогда не чувствовал себя чужим. Тем более, я концентрировался на главном: делай, что должно, и будь что будет.

Хотя иногда они издевались. По-доброму. Однажды мы поехали в пещеру острова Антипарос искать автограф капитана Хметевского, который ходил в экспедиции вместе с графом Орловым. Несколько часов бродили по пещере, где оказалось невероятное количество автографов моряков со всего мира. Найти нужный было просто невозможно, и, ребята, устав от поисков, решили мне этот автограф оставить сами.

Нацарапали на стене: «Привет, Леха. Хметевский, 1773 год». Даже в дате ошиблись. И как бы случайно подвели меня к этому месту, мол, вот здесь смотри, вдруг что есть. Я смотрю на стену, у меня отваливается челюсть, в первые секунды готов был их убить, но потом все очень смеялись.

Какой момент определил ваше увлечение историей?
Учительница однажды рассказала нам полуфантастическую историю про русского солдата, который просидел в подземелье 9 лет. Времена Первой мировой, крепость эвакуируют при отступлении и взрывают, в результате взрыва замурован часовой. Это засело мне в мозг, я возвращался к этим событиям мыслями и в конце концов снял об этом фильм.

А в школе это была яркая вспышка, после чего я засел за книжки по истории. Оказалось, что в ней есть много интересного, площадка для исследований неимоверно широка.

Что для вас изменилось после этого?
С тех пор я стал человеком, который постоянно анализирует. Это мой жизненный принцип. Я вижу мужчину в красной рубашке и начинаю думать: почему он в красной, почему расстегнут воротник. Это склад ума сыщика.

Это отношение к тому, что ты видишь. Ты увидел карту и думаешь: а это реально или нет? И если реально, то что там было? А давайте исследуем.

Например, как все, я смотрел кино про Индиану Джонса «В поисках утраченного ковчега». Там ковчег забирают с корабля, грузят в подводную лодку, и она плывет до острова. Меня это заинтересовало. Карта в фильме анимационная, мультяшная, без названий.

Я задумался: Спилберг взял эту карту с потолка или у этой конфигурации островов есть реальные прототипы?

Оказалось, это Эгейское море. И большой остров — это Родос, а маленький — Алимья. Интересно. А что там вообще было и есть? Оказалось, что во время войны там действительно была военно-морская база, сначала итальянская, а потом немецкая, а сейчас остров необитаем.

В 2005 году я туда организовал экспедицию на трех яхтах. Мы пришли на необитаемый остров. А дальше как в машине времени: заходишь в казарму, а там лежит посуда 1938 года. И не хватает только дымящейся сигареты и горячего кофе, люди ушли будто вчера.

Здесь бывают только рыбаки и очень редко яхтсмены. Это абсолютно нетуристическое место, в стороне от всех маршрутов. Так я обнаружил, что у острова есть колоссальная интересная история, это стало моим личным открытием. Кто бы мог подумать, что Стивен Спилберг не просто так интегрировал это место в свой фильм. В Голливуде явно сидел человек, который углубился в тему.

Какая самая нестандартная задача была в жизни?
Их много было. Когда я был в армии командиром роты, то даже там пытался искать какие-то смыслы. В армии много бессмысленных вещей, и даже думающий человек от этого тупеет. Либо спиваться, либо искать смысл: вариантов немного.

Я должен был проводить политзанятия. А парни у меня были такие: образование 10 классов, а то и меньше. Я видел, что им не хватало простых школьных знаний, и решил не терять времени. Выяснил, чего они не знают, разработал программу, и вместо политзанятий мы изучали историю и географию, литературу. Им было интересно, и они в ответ не нарушали дисциплину и стояли за меня горой.

А в бизнесе были нестандартные задачи?
Сколько угодно. У меня есть принцип: делать свою жизнь интереснее. Просто зарабатывать деньги неинтересно. Человек получает удовольствие от того, что занят любимым делом. Если оно приносит доход — это идеальная формула.

Алексей Никулин

Мои бизнесы были очень разные. Когда был очередной экономический кризис, мы создали рекламное агентство и продавали, в том числе, рекламу в аэропортах. Еще одна моя компания занималась бизнес-авиацией и медицинскими перевозками. Этот бизнес тоже начинался в непростое время и довольно долго был мне интересен, пока не подвернулось телевидение.

Я к тому моменту уже подустал. Бизнес — это когда ты зарабатываешь деньги, но платишь за это временем и нервами.

У меня были постоянно ночные выезды, потому что многие вопросы приходилось контролировать самому, все-таки я обслуживал людей из списка Forbes. Как только ты перестаешь заниматься этим сам, все рушится.

Меня такая жизнь утомила. Я стал больше уделять времени телевидению, это было что-то новое, чисто творческое. Я снова занимался любимым делом и получал удовольствие.

Телевидение переросло в бизнес?
Я смотрел, как и что делается на телевидении. А сейчас этот опыт позволил мне шагнуть в другую нишу, продюсерскую. Я работаю с несколькими ведущими, каждый из них снимает свою программу. Я понимаю, что должен находить с ними общий язык. Это творческие люди, журналисты, у них свое видение, а я ищу к ним подход, учитывая собственный опыт.

А если в работе удовольствие сравняется с негативом, надо снова искать смысл в жизни. Я этому у Маресьева научился, про которого снял фильм.

Он все время искал какой-то новый смысл для себя. Было желание вернуться в небо любой ценой, и он этого добивался. А после войны прекратил летать и не делал из этого трагедию. Не стало неба — придумал новый смысл и продолжил жить ярко и полно.

Как вы преодолеваете личные кризисы, и всегда ли успешно?
Знаете, в конце прошлого года нам сказали, что наш документальный цикл на «Моей планете» выходить не будет. Программа финансировалась Минкультом, мы доделали последние фильмы, и на этом история кончилась.

Это был непростой личный кризис. Я 7 лет занимался этим процессом. Как лошадка, которая каждый день ходит по своему маршруту, — и вдруг все, дальше ничего нет. Причем все это закончилось не только для меня, но и для всей нашей команды.

Нужно было осознать, что подарков судьбы больше не будет. Избавление от иллюзий — очень ценное приобретение.

Я стал лидером выхода из ситуации. Всегда должен быть человек, который возьмет на себя ответственность. В любом сражении выигрывают не два гениальных адмирала, а один, который принимает правильные решения, вернее, отвечает за их реализацию. Люди начинают на тебя надеяться, а ты прешь вперед, и нет тебе преград.

Мы напридумывали идей, форматов и пошли с ними по каналам. И теперь то, чем мы занимались 7 лет, реинкарнируется на новой почве, на нескольких каналах.

Главное — ставить достижимые задачи. Это очень важный принцип. Можешь поставить огромную цель и никогда к ней не прийти, а лишь потратить силы. Иногда от больших идей приходится отказываться, как ни печально.

Мы хотели снять художественный фильм про русскую губернию в Греции, но пока отказались от этой идеи, потому что можем потратить годы, набить шишек и потерять веру в себя.

Что из морских законов вы применяете в обычной жизни?
Принцип обсервации. Определять себя в пространстве за счет пеленгов на разные объекты, которые потом сходятся в одной точке.

Чтобы понять, что с тобой происходит сегодня, важно все время брать пеленги. Чем больше пеленгов, тем точнее местоположение. Это значит смотреть на себя с разных сторон. Например, выяснять, как тебя воспринимают люди и ты сам.