Фильм Дэвида Френкеля учит, как отказаться от того, что хотят миллионы, если выясняется, что тебе это совсем не нужно.

Сотни фильмов начинаются с того, что девушки причесываются, красятся, выбирают, что надеть, и выходят на улицу. «Дьявол носит «Прада» начинается так же. Но если в других фильмах интересно, что происходит с девушками после того, как они оделись и накрасились, то в этом важна как раз исходная точка. От того, что на тебе надето, зависит то, что с тобой произойдет. Ни от чего больше.

Энди Сакс (Энн Хэтэуэй) сначала в это не верит — берет из шкафа первый попавшийся бежевый пиджачок и отправляется на собеседование в знаменитый журнал «Подиум», пробоваться на должность ассистентки главного редактора. Когда Миранда (Мэрил Стрип) прибудет в офис раньше, чем все рассчитывали, сотрудники «Подиума» забегают, как муравьи в разоренном муравейнике, на их лицах вспыхнет первобытный ужас, смешанный с благоговением: «ОНА идет!» Все начнут лихорадочно причесываться, поправлять макияж, переобуваться из удобных сабо в туфли на шпильках. Они очень боятся потерять расположение Миранды и свою работу. 

«Потому что о такой работе мечтают миллионы девушек» — эту фразу Энди услышит много раз.

Что же в этой работе дьявольского? Все прекрасно разбираются в моде и отлично выглядят, журнал навещают видные модельеры, и миллионы обычных людей мечтают приходить туда каждое утро. Но там нет радости. Знания и власть есть, богатство и блеск есть, а радости нет. Тем не менее душу продать придется.

Таких руководителей, как Миранда, много: они добились своего статуса, отдавая работе все силы, и теперь ту же установку передают подчиненным. 

Если ты не вымотался на работе до конца, то, считай, и не работал, а если тебе весело, то ты занимаешься совсем не тем, чем должен. Работа — это то место, где все должны самоотверженно отдать всего себя ради главной цели. Прежняя ассистентка Миранды поранила руку и отошла от телефона, и как раз в этот момент позвонил Лагерфельд. Конечно, ассистентку уволили: она посмела посчитать собственную кровь важнее звонка живого бога.  

Современные боги ходят с искусителем рука об руку и тоже требуют души, а в современный пантеон входят не Зевс, Афина и Афродита, а селебрити (обойдемся без имен — кто-то перестает быть богом в эту самую секунду, пантеон обновляется стремительно). Работа на них — как раз из тех, о которой мечтают миллионы. И Энди завораживает близость к моде и знаменитостям, хотя многих из них она год назад не знала и вообще мечтала совсем о другом.

Но теперь ей надо быть покорной и расторопной, одновременно успевать в три места, помнить множество мелких фактов, и она попадается в ловушку, стараясь завоевать расположение отстраненной великолепной Миранды, рядом с которой можно быть либо идеальным, как Лагерфельд и прочие великие модельеры, либо бездарным и бессмысленным. Однажды Миранда, желающая вылететь из Майами во время жуткого урагана, требует у Энди достать для нее самолет, и та всерьез ищет и думает даже о военной авиации, потому что искренне, хотя и неосознанно, верит, что Миранде обязан подчиняться даже ветер.

Есть люди, которые учебу и работу выбирают «за компанию» — подруга пошла, и я пошла с ней. А если об этой работе мечтают миллионы? Трудно устоять.

Право слово, в словах советских учительниц «А если все будут с крыши прыгать, ты тоже прыгнешь?» была какая-то правда. Слишком легко захотеть то, чего хотят другие, особенно если этих других много. Правильнее ли приносить кофе знаменитому человеку, от которого многое зависит, рядом с которым можно завести тысячу полезных знакомств, о дружбе с которым мечтают все, — или лучше заниматься тем, чем хочется, но твое имя останется безвестным, а дружить будешь с обычными, не особенно умными, не слишком удачливыми людьми?

Это не самый простой выбор, и Энди долго будет поддаваться разным искушениям, прежде чем задумается о том, что на всех бирках ее одежды написаны блестящие, великолепные имена, а ее имя не написано нигде. И ее собственное самолюбие спасет ее от самолюбия чужого: позволит тому, что с ней происходит, не зависеть от того, что на ней надето, и делать то, что нравится ей, а не миллионам. Правда, Энди продолжит носить шпильки от Джимми Чу — но, наверное, потому, что они очень удобные.