«Если бы у всех нас сбылись первые мечты, мир бы заполонили ковбои и принцессы», — утверждает комик Стивен Кольбер, ведущий самого успешного вечернего телешоу в Америке. 17 июня 2011 года он выступил с речью на вручении дипломов в Северо-Западном университете. И, как во всякой напутственной речи, он дает выпускникам совет, который хотел бы получить сам 25 лет назад.

С добрым утром! Спасибо! И спасибо родителям! Разумеется, если вы не поблагодарите их сегодня, у вас будет полно времени поблагодарить их завтра, когда вы снова станете с ними жить.

Вы принадлежите к поколению, которое некоторые называют лучшим. Немногие, но все же кое-кто. Так что я рассчитываю, что я из-за этих слов не буду выглядеть дураком. Не подведите меня — будьте лучшими! Главное, не напрягайтесь!

Что ж, как вы уже объяснили своим бабушкам-дедушкам, меня зовут Стивен Кольбер, и я играю на телевидении персонажа по имени Стивен Кольбер (в 2011 году Кольбер был автором и ведущим сверхпопулярной программы «Отчет Кольбера», в которой играл роль сумасшедшего ультраконсервативного демагога. — ЧТД).

Для меня честь произносить эту речь через 25 лет после моего выпуска из Северо-Западного университета.

Но, хотя для меня и большая честь находиться здесь, я немного удивлен, что меня пригласили произнести это напутствие, учитывая, что в этот день 25 лет назад я вообще-то не выпустился из университета.

Я думал, что я выпускаюсь, — приехала семья, я нарядился в эту нелепую средневековую мантию, но когда я поднялся на сцену за дипломом, наш декан наклонился, вручая мне папку, и сказал: «Мне жаль». Я не знал, что он имел в виду, но звучало тревожно.

Я надеялся, что речь идет о какой-то новой степени отличия вроде красного диплома: «Мне жаль, что диплом всего лишь красный». Но когда я вернулся на свое место и раскрыл эту симпатичную папочку из кожезаменителя, вместо диплома в ней лежал лист бумаги, вырванный из блокнота, на котором было написано: «Зайдите ко мне. Декан».

Как выяснилось, я не закончил один из курсов и даже об этом не знал. Так что на семейных фото с выпускного я запечатлен понуро держащим лист желтой бумаги.

Первый член семьи с листом бумаги — остальные закончили университет с дипломами. Так что помните: если вы сегодня в принципе получите диплом, ваша карьера начинается куда лучше моей. Гордитесь! Я с удовольствием учился здесь — я перевелся сюда из маленького мужского колледжа в Вирджинии, где я изучал философию. Я решил, что мне нужно образование с более внятными карьерными перспективами, — и перешел сюда на театральный.

Но я здесь не для того, чтобы говорить о себе. Я здесь, чтобы вдохновить вас! Говоря о себе.

Предупреждаю заранее: начинается осмысленная часть моей речи. Если в вашей жизни и так со смыслом все в порядке, идите займитесь чем-нибудь еще — например, попробуйте вспомнить, где же вы, черт возьми, припарковались.

Итак. Этой весной я участвовал в парусной регате от берегов Южной Каролины через пол-Атлантики до Бермудских островов. Во многом это было прекрасное путешествие: звездное небо сияло над головой, киты пели возле правого борта (кажется, это был правый борт). Во многом другом это было чудовищное путешествие — мы были все время в соленой воде и смертельно уставали: в течение семи дней никто из нас не спал больше чем по три часа за раз — так, кстати, Сталин пытал своих врагов и так младенцы пытают своих родителей.

В конце концов мы доплыли до Бермуд, и, проведя на островах несколько дней, я вернулся домой на самолете. Глядя из иллюминатора, как мы пролетали над тысячами километров воды, которые мы с таким трудом преодолевали сантиметр за сантиметром, я почувствовал какую-то неестественность происходящего.

Легкость возвращения почему-то мешала объяснить друзьям, каково было плыть — что я потерял и что приобрел в этом возвышенном и чудовищном путешествии. И почти столь же неестественным кажется прилететь сюда 25 лет спустя, чтобы рассказать вам, куда ж вам плыть.

Хотя и соблазнительно думать, что я смогу.

Ведь, как и многие мои ровесники, я мечтал о том, чтобы вернуться в прошлое и дать пару советов молодому себе.

Остановить молодого Стивена на углу и сказать: «Бросай ее, идиот! Ты что, не заметил, что она с собакой нежнее, чем с тобой?» Или: «Покупай недвижимость». Или: «Ради бога, только не покупай недвижимость!»

Или: «Никогда не носи белые джинсы. Даже в круизе. И вообще, не отправляйся в круизы». Или: «Используй крем от загара — это смуглая кожа выглядит круто, но через двадцать лет твое лицо превратится в бейсбольную перчатку». Но вряд ли молодой я послушал бы меня. Он бы меня не уважал — он же служил в театре, а я работаю на телике. Я продался с потрохами.

Подведем итог: я попробую дать вам (считая, что вы — это я 25 лет назад) совет. У меня, скорее всего, не получится, а вы, скорее всего, меня и слушать не станете. Готовы?

Поехали!

Так, вам говорили следовать за мечтой. Но что, если это глупая мечта? Например, Стивен Кольбер двадцатипятилетней давности жил в одной квартире с двумя мужчинами и тремя женщинами, и, как я теперь понимаю, это был бордель. Он мечтал жить один в большом пустом лофте со светлым паркетом и носить кимоно, и чтобы перина прямо на полу, а где-то на заднем плане булькал самовар. Он мечтал играть Шекспира для бездомных.

Сегодня я типичный папаша из пригорода, живу в большом доме, ношу помятые хаки и шучу про политические скандалы и пенисы, чтобы заработать на жизнь. И я люблю все это. Поскольку, к счастью, мечты меняются. Если бы у нас у всех сбылись наши первые мечты, мир бы заполонили ковбои и принцессы.

Так что, какова бы ни была ваша нынешняя мечта, если вы ее не достигнете, это не провал, и вы не лузер. Но — и это не менее важно — если ваша мечта сбылась, вы не выиграли, вы не победитель.

Когда я выпустился отсюда, я переехал в Чикаго и устроился в театр импровизации. В импровизации очень мало правил, но одна из тех вещей, которую узнаешь сразу, заключается в том, что ты не самый главный человек на сцене. Главные — твои партнеры. А раз они на сцене главные, твоя задача, естественно, — помогать и служить им. Хорошая новость заключается в том, что ты тоже на сцене. И для своих партнеров самый главный человек — это ты, и они будут помогать и служить тебе. Никто не лидер, все следуют друг за другом, прислуживают слуге. В импровизации нельзя выиграть.

А жизнь — это импровизация. Мы вообще не знаем, что случится завтра, и в основном импровизируем на ходу. И, как и в импровизации, в жизни нельзя выиграть.

Даже если вам кажется, что вы выигрываете, это не так. У меня свое шоу, и я обожаю его делать. Группа очень талантливых людей готова служить мне, и это прекрасно. Но и я стараюсь служить им изо всех сил, а вместе мы служим общему делу — моему персонажу. И верный признак того, что у нас все идет хорошо, — это когда мы не можем вспомнить, кто что придумал, чья идея легла в основу той или иной шутки. Так что, естественно, я считаю, что все придумал я.

Но если мы должны служить другим, а вместе служить общему делу или общей цели — как определить, что это за дело и что это за цель? И что это за люди?

Мой опыт показывает, что по-настоящему служить можно только тому, что любишь, поскольку, по слову пророков, служение есть явленная любовь.

Если вы любите друзей, вы будете служить своим друзьям. Если вы любите общество, вы будете служить обществу. Если вы любите деньги, вы будете служить деньгам. А если вы любите только себя, вы будете служить самому себе. И у вас останетесь только вы сами.

Так что никакого больше стремления к победе. Попробуйте вместо этого любить других и служить им, и, я надеюсь, вы найдете тех, кто полюбит вас и будет служить вам в ответ.