Когда старые технологии уходят в прошлое, это немного грустно. В колонке для The Atlantic журналист Алексис Мадригал прощается с телефонами: громоздкими дребезжащими предметами с большой трубкой и дисковым или кнопочным номеронабирателем, которые до совсем недавнего времени определяли культуру нашего общения.

Телефон проник в нашу жизнь в начале XX века. Первое время никто не понимал, что с ним делать. Изобретатель Александр Белл хотел, чтобы телефонный разговор начинался с «ахой-хой». Компания AT&T пыталась отучить людей от «алло», доказывая в журнале Telephone Engineer, что так говорить невежливо.

Однако в итоге мы не только привыкли к «алло», но и создали вокруг телефона целую культуру. Светские журналы сперва уговаривали женщин не приглашать гостей по телефону, но потом сдались. Телефон появился сначала у врача, потом в аптеке.

Все происходило постепенно, но к моему детству возник определенный социальный уклад, связанный с этой громоздкой технической конструкцией из трубки, шнура, аппарата и охватывающей всю страну паутины проводов, ведущих к телефонным станциям, а от них — к другим городам, кварталам, домам.

Как только телефон звонил, к нему надо было подходить. Это правило знали и взрослые, и дети. В мультике Hello Kitty кошечка, когда звонит телефон, сразу же зовет маму: «Быстрее, быстрее, а то повесят трубку!»

До определителей номера и услуги перенабора если ты не подходил к телефону, это было непоправимо. Оставалось только ждать, пока твой номер опять не наберут. А если речь шла о чем-то действительно важном?

Не подходить к телефону было просто ужасно. Все равно что не реагировать на звонок в дверь. Как минимум такое поведение выглядело крайне невежливым, а иногда и просто неадекватным. Вдобавок телефонный звонок сразу же пробуждал любопытство. Кто это? Что ему нужно? Кому это звонят — не мне ли?

«Алло, это дом Мадригалов», — говорил я в детстве, поднимая трубку. Таков был общий культурный код: если ты кому-то звонишь, он поднимает трубку и здоровается, если кто-то звонит тебе, ты поднимаешь трубку и здороваешься. Именно ожидание того, что в ответ на звонок люди берут трубку, делало телефон средством синхронной связи.

Я не переоцениваю эту культуру и не требую вернуться назад в 1980-е, изменения — это естественный процесс. Однако я хотел бы отметить, что она существовала, а теперь исчезает.

Люди перестали подходить к телефону. Даже бизнесмены стараются этого избежать. За последний месяц из примерно 50 звонков я ответил на четыре или пять.

Рефлекс, казалось, намертво вбитый в нас телефонный культурой XX века, приказал долго жить.

Когда-то телефонные разговоры, как писал лингвист Роберт Хоппер, если и не были ритуалом в полном смысле этого слова, то следовали «заведенному порядку, почти как ритуал». Когда телефон звонил, каждый понимал, что на звонок необходимо ответить и присоединить свой голос к «естественно сложившейся повседневной литургии». Сейчас мы забываем и слова, и литургическую последовательность.

У этого есть ряд разных причин. Во-первых, сейчас появилось множество других возможностей для коммуникации. Текстовые мессенджеры превратились в целый мир, слова в котором дополняются эмодзи, битмодзи, гифками, старыми добрыми фото, видео, ссылками. Обмениваться сообщениями удобно, такое общение не требует жесткой синхронности и его можно поддерживать одновременно с несколькими собеседниками. Twitter, Facebook и электронная почта, рабочие сообщения в Slack и звонки в FaceTime от членов семьи лишают телефонные разговоры смысла.

Однако в последние годы у меня появилась еще одна, более весомая причина с подозрением относиться к телефонным звонкам. Дело в том, что 80% или даже 90% поступающих на мой телефон вызовов — это спам того или иного рода.

Теперь, если мой телефон начинает жужжать в другом конце комнаты и я понимаю, что это звонок, а не сообщение, — я даже не реагирую. Мой телефон звонит максимум пару раз в день, и это означает, что я неделями не получаю ни одного звонка, на который стоило бы ответить.

Помимо простых рекламных звонков и автоматических звонков с записанными сообщениями, сегодня появились телемаркетинговые «киборги», симулирующие диалог с помощью аудиозаписей, а также спам-звонки, единственный смысл которых в том, чтобы удостовериться, что ваш номер еще работает.

Федеральная комиссия по связи США уже не первый год борется с автоматическими звонками, но без особого успеха.

Создатели YouMail — приложения, которое блокирует автоматические звонки, каждый месяц оценивают их количество. По этим оценкам, их невероятно много. В апреле 2018 года их число достигло исторического максимума.

Разумеется, раньше телефонные рекламщики использовали в своих целях укорененные в телефонной культуре нормы, которые требовали отвечать на звонки. Однако им приходилось платить своим работникам. Даже когда я подростком обзванивал заводы в Алабаме и пытался продать их руководству программы для работы с паспортами безопасности химической продукции, мне что-то платили. Вдобавок люди склонны уставать от унылой и монотонной работы — и увольняться.

Роботы — точнее, программы, которые совершают автоматические «холодные» звонки сегодня — стоят дешево. Они не уходят в запой, не восстанавливаются в университетах, не берут больничные. Они просто звонят, звонят, звонят, звонят.

Очень часто, когда я по ошибке все же подхожу к телефону, я слышу в трубке только молчание. Либо на несколько секунд, пока не подключится оператор, либо, если я тоже молчу, — пока робот не прервет связь. Иногда включается записанное сообщение. Хуже всего, что каждый раз я даю звонящим ценную информацию, демонстрируя, что мой телефонный номер жив и его можно продать другим спамерам.

В прошлом месяце таких звонков было зафиксировано 3,4 миллиарда. И каждый раз кто-то вынужден был принимать решение: ответить или проигнорировать, капитулировав перед переменами.