Преподаватель академического письма Елизавета Маньковская и тренер по продуктивности Алиса Кузнецова проводят коворкинг-марафоны You Should Be Writing для молодых ученых и всех, кто хочет наконец расправиться с «подвисшим» проектом. «За два часа в день можно успеть очень много, если это время используется эффективно» — заявляют организаторы. ЧТД попросил Елизавету и Алису объяснить, кому и зачем нужны коворкинг-марафоны.

Спектр задач, с которыми можно прийти в марафон, максимально широкий — от составления заявки на грант до написания книги или диссертации. Организация по-армейски четкая: знакомство и постановка целей — два часа ударной работы с короткими перерывами — подведение итогов. Все — в онлайн-формате.

Что такое коворкинг-марафон? На кого он рассчитан?

Елизавета: Это организованная работа над какой-то задачей в компании других людей. Я в системе высшего образования уже больше 10 лет, и вижу, что академическая система во многом заточена под тип одиночки-профессионала. Те, кто не хочет или не умеет жить в кабинетной тиши, отсеиваются. Многие могли бы работать лучше и достичь большего, но им не хватает среды, обратной связи, внешней мотивации. Этот формат — моя попытка облегчить им – нам – жизнь.

Алиса: В широком смысле наши марафоны для тех, кто хочет, чтобы письменная работа стала не столь мучительной. Есть два типа ситуаций. Первый — когда работа изначально плохо структурирована, и тебе нужно постоянно напоминать себе, чем именно ты занимаешься, что пытаешься сделать в намеченный отрезок времени.

Второй тип — когда работа очень нудная и скучная. Например, административная, связанная с твоей должностью, или подача заявки на грант. Ты ненавидишь ее, но делать все равно нужно. И тогда структура или компания людей помогает тебе, чтобы было веселее.

И еще один нюанс. У людей самозанятых, пишущих удаленно, часто плохо обстоит дело с балансом жизни и работы. Есть чувство вины, что ты не работаешь в данный момент, хотя мог бы. А так ты идешь работать, но одновременно с этим получаешь тусовку, которой тебе так не хватает.

Елизавета: Потребность в таком формате работы может появится даже у тех, кто в принципе хорошо организован. В написании академического текста много подводных камней. У нас были клиенты с опытом, но все равно им была нужна поддержка — например, если они осваивали новую область, где обстоятельства сложнее и нужно осваивать непривычную роль. Вообще, поддержка и правильная организация работы стабильно нужны, в любой сколько-нибудь содержательной письменной работе. К нам приходили не только люди из академии, но и, например, журналисты.


Как родился этот формат? На какие идеи, принципы он опирается?

Елизавета: Мне всегда нравилось заниматься в компании. Многие знают, что самое трудное в этом — именно заниматься, а не весело проводить время. Потом я попала в Центр академического письма в Принстоне. Там работа над статьями и диссертациями ведется в формате спринтов. Это короткие отрезки интенсивного труда — по четыре часа в день на протяжении одной, максимум двух недель. Я стала проводить похожие встречи с друзьями, когда приезжала на летние каникулы.

Оказалось, это очень помогает: ты приходишь к определенному времени, ставишь себе цель на сессию, а в конце обсуждаешь, что получилось, что не получилось, как шла работа.

Несколько лет я проводила такие коворкинг-сессии у себя дома и в Библиотеке иностранной литературы. Были регулярные участники, которым это очень нравилось. Потом я познакомилась с Алисой. Она, как специалист, уже «заточенный» под тайм-менеджмент и организацию труда, решила этот формат уточнить и дополнить.

Так выглядит работа в "комнате" на сайте complice.co
Так выглядит работа в «комнате» на сайте complice.co

Алиса: У этого формата много источников. До марафонов я проводила домашние коворкинги, где пробовала разные способы организации занятий. Из того, что многие знают, это похоже на учебные группы, но с жестким расписанием. Мы собираемся, обсуждаем, кому и что нужно выучить, 30 минут учимся, потом рассказываем друг другу, кто что выучил из билетов. Тогда все работает гораздо лучше.

Другой источник — это представление о сфокусированном и рассеянном режимах работы, о которых я узнала на курсе Learning how to learn Барбары Оакли. Ты сначала в сфокусированном режиме думаешь, что-то делаешь, а потом идешь на прогулку. Мозг расслабляется, и тебя могут посетить идеи. Такое чередование получается наиболее продуктивным.

Еще один корень — техника pomodoro. Она помогает начать работать. Если у тебя нет микродедлайна, ты можешь решать задачу в слишком расслабленном ритме. А так ты знаешь, что у тебя тикает таймер. Некоторые даже специально оставляют звук тикания.


Вы были первыми, кто объединил все это вместе?

Алиса: В русскоязычной среде в формате регулярной онлайн-группы с постоянными участниками и именно с фокусом на академических проектах, насколько мне известно, аналогов у нас нет. Кроме того, мы сочетаем практику с теорией – у нас есть вебинары по работе с текстом и по продуктивности и личные консультации, где можно проработать конкретную сложность.

Алиса: Есть проекты, где много из того, что мы делаем в формате коворкинга, уже практикуется. Одно из решений — виртуальный коворкинг complice.co. Там есть «комнаты», где люди работают по «помидорному» таймеру, а в перерывах делятся своими успехами. Все общение идет в чате: ты видишь свои и чужие цели, можешь переписываться в перерыве (на сайте сервиса прямо пишут, «хвастаться успехами — желательно»). При этом вы видите друг друга по вебкамере — так создается ощущение присутствия. Получается, что у тебя есть удаленная поддержка.

У меня там своя русскоязычная комната, она появилась так. Каждый день я просыпалась и первым делом старалась зайти в «комнату» и начать работу. Сначала я присоединилась к комнате сообщества LessWrong, а потом создала свою.

Наша русскоязычная комната довольно неплохо живет сейчас. Там постоянно кого-то можно застать, даже ночью.

Есть похожая оффлайновая история, которую продвигает создатель Complice Малкольм Оушен — personal hackathon или focus day. Это такой формат, когда люди собираются на выходных и ударно работают — например, над каким-то личным проектом или учебной задачей, до которой не доходят руки. Есть и расширенная двухнедельная версия.

Я все это изучила, позадавала вопросы Оушену и решила проводить сессии сама. Сделала больше 30 домашних офлайновых коворкинг-сессий. У нас была канбан-доска, были таймеры и обсуждения в перерывах. Полтора часа мы вместе трудились, а потом в течение 20 минут разбирали, у кого что получилось.


В отличие от онлайн-коворкингов, марафоны у вас платные. За что вы берете деньги, если это просто совместные занятия?

Алиса: В бесплатном варианте я как организатор во время «помидоров» занимаюсь своими делами. Я только организую и модерирую процесс. В принципе, это может делать кто угодно. В платном варианте у меня есть возможность сконцентрироваться на людях. Помогать им как коуч, организовывать их работу. Лиза работает с людьми по своему профилю — как коуч в области академического письма.

Елизавета: Тут надо еще понимать, что когда ты это делаешь в волонтерском формате, ты вкладываешь в это много сил и времени. Нужно все организовать, прорекламировать, выделить время на модерирование. На регулярное основе это просто не получится, такой формат может существовать только как спонтанно организуемое мероприятие, когда это удобно организатору.

Когда твое время оплачивается, ты к этому относишься как к работе и можешь позволить себе ориентироваться не только на свой запрос, но и подстраиваться под участников.

Есть еще момент, связанный с деньгами. Когда я устраивала марафоны у себя дома, то опиралась на модель, которая используется в Центре академическая письма. Я устанавливала залог — не очень большую, но существенную сумму, которую жалко выбросить на ветер. Если человек посещал все сессии, залог возвращался. Если нет, деньги шли на благотворительность. Залог помогает застраховаться от псевдо-авральных ситуаций — в которых без тебя на самом деле справятся, но без веской причины отказать неловко. Если ты воспринимаешь работу как что-то необязательное, всегда есть риск отвлечься. В случае с деньгами цена обязательств уже выше.


Марафон должен быть организован вокруг одной темы? Все должны заниматься чем-то похожим, чтобы достичь синхронности?

Елизавета: Нет, вовсе не обязательно. Кто-то приходит поработать с научной литературой и набросать план, кто-то — чтобы написать кусок текста. Кто-то хочет подготовиться к встрече с научным руководителем: определить направление работы и сформулировать вопросы. Кто-то — отредактировать отзыв. Мы даем рамку, которую каждый может наполнять собственным содержанием.

Алиса: Да. Мы предоставляем фреймворк, чтобы размышлять о том, как лучше устроить свою работу. Есть более-менее универсальные вопросы, на которые каждый найдет свой ответ.

Кто-то постоянно отвлекается, кто-то не уверен в том, правильно ли сформулировал тему работы. Кого-то постоянно отвлекают звонками. Кто-то забывает поесть и поэтому чувствует себя обессиленным.

Елизавета: Проблемы, связанные с навыком самоорганизации, тайм-менеджмента, разбиения задачи на куски, откликаются у всех. Каждый может поделиться опытом, не вовлекаясь в решение чужих проблем. Во время групповой консультации можно задать вопрос: «Вот у меня такая задача, вот тут у меня не получается, что можно сделать?». И мы будем в рамках общей беседы предлагать варианты. Если этого недостаточно  — например, нужна более подробная работа с текстом — всегда можно взять личную консультацию и прицельно поработать со сложностью. Внимательное отношение к тому, каково тебе в ситуации написания текста и что ты с этим можешь сделать, чтобы стало лучше — ключевое для нашего формата. Он помогает быть к себе внимательнее и объективнее.

О запуске следующего марафона можно узнать на сайте You Should Be Writing или через почту организаторов ysbw.coworking@gmail.сom.