В августе учитель тибетского буддизма Мингьюр Ринпоче приезжал в Москву, чтобы встретиться со своими учениками и принять участие в конференции «Осознанное лидерство». Психолог Мария Вегеш провела два дня на его семинаре «Радости жизни. Уровень 1» и поделилась с ЧТД своими впечатлениями.

Зал на 700 человек, в котором практически каждый медитирует — даже тот, кто пробует делать это впервые. Причем медитирует... без медитации. Звучит фантастически, но это семинар Мингьюра Ринпоче.

Правда, к такому формату мы приходим не сразу — до этого почти полтора дня старательно практикуем медитацию на звуки, запах, вкус, визуальную медитацию. Пробуем медитировать на боль, усталость, мысли, эмоции, практикуем безобъектную медитацию, технику «Борщ»...

С болью оказывается сложнее всего: приходится специально ее вызывать, чтобы было на что медитировать.

Основа любой медитации — осознанность, знание, что происходит с нами здесь и сейчас. Для иллюстрации этого понятия Мингьюр попросит нас поднять руку вверх и держать ее в этом положении, пока мы не почувствуем напряжение. В нашем ощущении «в руке возникло напряжение» и проявляется осознанность.

Мы медитируем на звуки: прислушиваемся к тому, что происходит за окном, к шуму дождя на улице. Концентрируемся на звуках в аудитории: тикающих наручных часах у соседа справа, дыхании соседа слева, шуме вентиляторов. Оказывается, даже в аудитории, где все молчат, что-то постоянно нарушает тишину. Затем слушаем ритмичное биение собственного сердца.

Медитируем на запах — принесенный стаканчик с кофе оказывается весьма кстати. Концентрироваться на аромате напитка с нотками корицы и молочной пены так приятно. И такую медитацию можно практиковать каждый день во время завтрака, обеда или ужина, осознавая запахи еды.

Все мы — несколько сотен очень разных людей, собравшихся в зале в центре Москвы — медитируем, чтобы научиться справляться с тревогой и страхом, депрессией и паническими атаками, злостью и агрессией, чтобы управлять эмоциями и лучше концентрироваться, чтобы жить более полной жизнью.

Медитации когда-то помогли и самому Мингьюру Ринпоче избавиться от панических атак. Первый приступ случился с ним в возрасте 7-8 лет. Мальчик пытался «сбежать», но паника преследовала и в конце концов настигала его.

Когда Мингьюру было 9, отец научил его медитировать и объяснил: вместо того чтобы бороться с паникой, надо научиться ее приветствовать. Мальчик пробовал, но каждый раз, приветствуя панику, мысленно ждал, что она исчезнет, а этого, конечно, не происходило.

Лишь в 15 лет он начал использовать состояние паники как объект для медитации, осознавать ее и по-настоящему изучать. Было непросто, состояние могло усиливаться, но в конце концов паника покинула его.

Использовать в качестве объекта для медитации сильные эмоции страшновато: всегда есть риск, что «накроет». В этом случае Мингьюр советует выполнить три простых шага.

  • Переключить фокус внимания на другой объект: звук, образ, дыхание — а затем вернуться к эмоции.

  • Отступить на шаг назад и наблюдать за эмоцией: например, за страхом панических атак — и сместить на нее фокус своего внимания.

  • Сделать перерыв и только после него вернуться к медитации.

Практика продолжается, я медитирую на радость — самую короткую из эмоций, доступных для проживания. Осознавая радость, понимаешь, что она тут же улетучивается, так же как и злость или тревога, ставшие объектом медитации.

В середине второго дня пробуем «Борщ»: практику, в которой смешиваются разные компоненты. Медитируем на звуки, на мысли, на телесные ощущения. «Добавляем» к блюду эмоции, образы. Оказалось, это куда проще, чем 20 минут подряд удерживать внимание на одном объекте.

Перед моими глазами встает картина, потом я переключаюсь на мысли о ней. Вот я уже думаю о звуках за окном, изучаю свои мысли по этому поводу...

Теперь мы готовы к «немедитации». Для выполнения этой практики нужны всего два компонента. Сначала надо... забыть о медитации и осознанности! Между прочим, к концу второго дня упорной практики это не так и просто. Когда это удалось, нужно потеряться: с усилием выйти из состояния осознанности в состояние потерянности. А оказавшись там, поднять руку.

Но, когда мы поднимаем руку, то осознаем факт собственной потерянности, а значит, возвращаемся к осознанности. Этот парадокс делает немедитацию лучшей из всех форм медитаций.

С семинара я уношу состояние спокойствия и опыт медитации без медитации. Придя домой, надеваю на руку браслет — как напоминание медитировать в любой ситуации. Взглянуть на браслет, осознать себя в моменте и идти дальше. Так просто — и так важно.