Во многих областях, как профессиональных, так и личных, наше развитие часто тормозит деструктивная мысль о том, что люди вроде нас просто никогда не смогут добиться успеха. Наши представления о других искажены, и это мешает нам поверить в себя, считают авторы «Книги жизни», которая создается в проекте «Школа жизни» философа Алена де Боттона. 

Мы-то знаем, что большую часть времени слишком сильно тревожимся по мелочам, ведем себя глупо и выглядим по-дурацки. При этом мы вполне допускаем, что другие люди могут быть успешны, однако нам кажется, что мы совершенно на них не похожи.

Сталкиваясь с признанием, мы быстро убеждаем себя, что мы просто самозванцы — что-то вроде актера, который играет пилота, надев красивую форму и вальяжно объявляя сводку погоды из кабины, в то время как на самом деле он даже не знает, как завести самолетный двигатель. Иногда нам кажется, что проще будет даже не пытаться добиться желаемого.

Проблема в том, что нас сбивает с толку наше представление о других людях. Мы чувствуем себя самозванцами не потому, что уникальны в нашем несовершенстве, а потому, что не можем себе представить, насколько несовершенны другие.

Синдром самозванца возникает из детского ощущения отличия от собственных родителей. Четырехлетнему ребенку кажется невероятным, что его маме когда-то тоже было четыре года, что она не умела водить машину, не могла вызвать сантехника, не решала, когда кому ложиться спать, и не летала на самолетах с коллегами.



Статусная пропасть, которая разделяет ребенка и родителя, в детстве кажется непреодолимой. Страстные увлечения ребенка (прыгать на диване, «Смешарики» и шоколад Toblerone) ничего общего не имеют с увлечениями взрослых, которые любят сидеть за столом, часами разговаривать (когда можно было бы давно бежать на улицу) и пить пиво, напоминающее на вкус ржавую железку. В самом начале нашей жизни мы заряжаемся сильным впечатлением, что другие люди, особенно компетентные и уважаемые, совершенно на нас не похожи.

Мы знаем себя изнутри, в то время как другие знают нас только снаружи. Мы все время сталкиваемся со своими мыслями, страхами, сомнениями и глупостями, а о других мы знаем только то, что они делают и говорят нам.

Их речь и поступки — гораздо менее информативный и достоверный источник. Тем не менее мы неизбежно приходим к выводу, что принадлежим к ненормальной половине человечества.

Конечно же, это не так. Просто нам сложно представить, что другие люди настолько же противоречивые и сложные существа, как и мы. Даже не зная наверняка, что мучает или беспокоит человека, который со стороны производит на нас самое лучшее впечатление, мы можем быть уверены — его точно что-то гложет не меньше, чем нас.

Он точно сожалеет о чем-то, что сделал или не сделал в прошлом. Мы не знаем наверняка, какие странные сексуальные фантазии приходят ему в голову, но они точно есть. Мы можем быть уверены в этом, потому что уязвимость и необъяснимые желания не есть наше личное проклятие! Это универсальные для всех представителей человеческого рода черты ментального состояния.

Спасение от синдрома самозванца требует прыжка в неизвестность: нам нужно поверить, что сознание других людей работает так же, как наше. Все точно так же тревожны и переменчивы, как мы.

Нам просто нужно принять на веру, что большая часть представлений и чувств, которые определяют нас и которые мы регулярно испытываем (особенно те чувства, в которых нам стыдно признаться другим), в том или ином виде живут в каждом.

Искусство призвано помочь нам проникнуть в сознание людей, которые кажутся нам недосягаемыми, чтобы показать, что их жизнь также бывает обыденной и беспорядочной. Окунувшись ненадолго в чужую жизнь, мы понимаем, что наши несовершенства не должны мешать нам стремиться к тому, чего смогли достигнуть другие. Примерно этого понимания пытался добиться писатель и философ XVI века Монтень, сообщая своим читателям, что «короли, философы и леди тоже ходят в туалет».

Монтень намекал, что по внешним признакам мы бы никогда не догадались, что этим людям тоже приходится «пользоваться горшком». Мы не застанем их за подобным занятием, хотя, несомненно, мы хорошо знаем, как устроено наше собственное пищеварение. Нам кажется, что, являясь обладателями такой неприглядной вещи, как кишечник, мы недостойны быть философами, королями и леди, а если даже мы и возьмемся за такую роль, это будет обманом и притворством.

Афоризм Монтеня поучителен: несмотря на отсутствие прямого доказательства, мы точно знаем, что высокопоставленные особы справляют нужду точно таким же образом, как это делаем мы. Опираясь на мысль философа XVI века, мы можем чуть более реалистично посмотреть на великих личностей прошлого и современности.

Речь идет, конечно же, не только о телесных функциях — мы говорим и о психологической области.

Короли, философы и леди также мучаются неуверенностью в себе, чувством собственной неадекватности, иногда врезаются в двери и борются с непристойными мыслями о своих родственниках.

То же касается руководителей крупных компаний, адвокатов, телекомментаторов и успешных предпринимателей. Все они иногда не могут справиться с собой, поддаются панике и оглядываются с сожалением и стыдом на некоторые решения, принятые в прошлом. Эти чувства не отличают нас от них. Наши недостатки не лишают нас возможности заниматься тем же, что делают они. Если мы будем на их месте, мы не будем самозванцами — мы будем обычными, нормальными людьми.

Прыжок в неизвестность и более реалистичное отношение к истинной человеческой природе позволяют нам увидеть мир более человечным. Когда мы встречам незнакомца, он на самом деле знаком нам: несмотря на внешние различия, этот человек очень похож на нас. Нет ничего непреодолимого, что отделяло бы нас от возможности успеха и осуществления нашей мечты — мы достойны этого ничуть не меньше других.