Четвертая промышленная революция, цифровая трансформация, безусловный базовый доход и другие стороны новой реальности... Как они повлияют на нашу мотивацию? Какие у нас есть стимулы, чтобы работать? Когнитивный психолог Линдси Портной пытается разобраться, в чем мы сможем найти смысл. 

Современная цивилизация прошла через три значительных социально-экономических трансформации, называемых промышленными революциями. Первая промышленная революция произошла благодаря паровым машинам и трансформировала общество, полностью изменив его транспортные и производственные системы.

Изобретение способов практического применения электричества привело ко второй промышленной революции, предоставив новый, очень эффективный источник энергии, произведя переворот в средствах коммуникации и, по словам Томаса Эдисона, «изменив образ жизни мира».

Электричество, в свою очередь, привело к третьей (нынешней) революции — цифровой, освобождающей цивилизацию от ее зависимости от ископаемого топлива и сделавшей современные технологии доступными для более чем 4 млрд человек по всему миру.

Все три великие революции объединяет один общий принцип: технологии, в широком смысле слова, способствуют развитию общества.

Как нас меняют умные машины

Благодаря повышению качества жизни меняются способы, которыми мы вносим свой вклад в экономику. Не станет исключением и будущая четвертая промышленная революция, которая, как считает Клаус Шваб (Klaus Schwab), основатель и исполнительный председатель Всемирного экономического форума, приближается к нам с огромной скоростью. Готовы ли мы к предстоящим переменам?

Каждая последующая трансформация все больше снижала роль физической силы в экономике, повышая роль умственного труда. В прошлом социальный статус во многом зависел от способности выполнять физическую работу.

Для продвижения наверх в современном социуме важны не только способности к критическому мышлению и решению различных задач, но и другие, некогнитивные, навыки — упорство, самоконтроль, любопытство.

Инновационные технологии постепенно перестают быть лишь инструментами, помогающими нам в труде, — такими как паровые машины и сборочные конвейеры. Теперь они берут на себя львиную долю работы, и, возможно, вскоре человеку останется лишь контролировать качество работы новейших форм искусственного интеллекта.

По мере того как взаимодействие между человеком и машиной становится все более персональным, наша мотивация смещается от внешней к внутренней.

Внешние источники мотивации — доход, престиж, одобрение других — подменяются внутренними: стремлением к автономии, компетентности и построению значимых отношений с другими.

Лучше всего эту тенденцию иллюстрирует наша готовность участвовать в разработке открытых технологий цифровой эпохи.

Личный смысл как источник мотивации

В своей лекции TED Дэн Пинк (Daniel H. Pink, автор нескольких бестселлеров о мотивации и менеджменте) с помощью теории мотивации попытался объяснить, почему в современном цифровом мире много тех, кто готов делать вклад в общее дело, не получая личной выгоды.

В качестве примеров внутренней мотивации Пинк приводит самый популярный в мире веб-сервер Apache, операционную систему с открытым исходным кодом Linux, крупнейшую онлайн-энциклопедию Wikipedia — все они создаются добровольцами, работающими бесплатно.

Зачем мы тратим свое ограниченное свободное время на подобные проекты, ставшие важнейшей частью современной экономики?

Есть говорить кратко, мы видим в этом смысл. С возникновением цифровой экономики стало ясно, что смысл — тоже источник внутренней мотивации, заставляющей многих из нас тратить свое ограниченное личное время, совершенно бесплатно делясь с миром своими талантами, знаниями и опытом.

Творчески мыслящие руководители всегда знали, что осмысленная работа повышает мотивацию и приводит к лучшим результатам. Понимая это, некоторые прогрессивные компании и образовательные учреждения позволяют своим сотрудникам или учащимся тратить 20% рабочего или учебного времени на собственные проекты.

Эти проекты все равно связаны с рабочим или учебным процессом и зачастую порождают инновации — именно так была создана почта Gmail и самоклеющаяся бумага для заметок Post-It.

Чем заняться в новую эпоху

Следующая промышленная революция может полностью размыть границы между физическим, биологическим и цифровым мирами, и в результате наши отношения с техникой изменятся. Будет ли в новой бизнес-модели место для традиционной работы?

Если наши базовые потребности (еда, кров, чувство принадлежности к группе, здоровая самооценка) удовлетворены, мы можем сосредоточиться на самоактуализации и поиске смысла в работе и жизни, в глубине души к этому стремится каждый из нас.

Исследования мотивации показывают, как важно для нас видеть в работе смысл, ощущать, что мы делаем что-то полезное для общества, а не просто работаем за зарплату.

Новые технологии дополненной реальности (AR) и виртуальной реальности (VR) могут открыть новые способы реализации наших потребностей.

У этих технологий есть множество потенциальных сфер применения. К примеру, студенты-медики смогут наглядно увидеть, зачем они что-то учат, если приложение дополненной реальности будет показывать им биение человеческого сердца в реальном времени. Исследования показывают, что носимые устройства дополненной реальности могут повышать производительность труда на 46%.

Опередить перемены

В некоторых странах уже начинают задумываться о том, что произойдет с рынком труда в меняющейся экономике. Хотя формы трудоустройства будут продолжать меняться и для людей всегда найдется работа, все же многие из нынешних рабочих мест непременно займут «умные» машины.

Нужно опередить эти перемены, которые могут оставить без работы миллионы людей, и найти способ обеспечивать этим людям их базовые потребности. Но как мы можем помочь им осмысленно жить и трудиться, если развитие экономики оставит их позади?

Идею безусловного базового дохода (ББД) впервые предложил еще Томас Мор в «Утопии», написанной в 1516 году. ББД может помочь обойти проблему массовой безработицы, вызванной четвертой промышленной революцией. И хотя долгосрочных исследований подобной системы не проводилось, но у нас есть данные эксперимента с «минимальным доходом», проведенного в Канаде в 70-х годах.

Он показал, что получающие такое пособие в большинстве своем продолжали работать в том же ритме, что и раньше.

Более того, они стали реже обращаться к врачам, сократились жалобы на психические проблемы — вероятно, из-за чувства уверенности, которое им давала программа помощи.

Экономисты из Института Рузвельта с помощью макроэкономической модели изучили возможный эффект от введения ББД. Они обнаружили, что «в течение 8 лет после введения ББД рост экономики вернется на прежний уровень, а объемы производства возрастут».

В некоторых странах уже переходят от моделей к активным пилотным исследованиям, признавая, что дальнейшее развитие технологий может действительно грозить потерей рабочих мест.

Хотя мы и не можем точно предсказать, какими будут карьеры будущего, мы уже сейчас видим, как технологии меняют нашу работу и досуг. Но что бы ни произошло, человеческое стремление к осмысленности останется неизменным. Творческий подход к решению проблем остается прерогативой человека и обеспечит нам важнейшую роль в четвертой промышленной революции.