У исполнительного директора по персоналу Регины Хартли непростая биография. Вероятно, поэтому она предпочитает сотрудников, по резюме которых видно, что им тоже пришлось нелегко. Почему она так поступает, она объяснила в лекции TED.

Регина Хартли рассказывает о двух типах резюме, между которыми ей часто приходится выбирать. Она все время оговаривается, что, конечно, ничего не имеет против людей, закончивших престижные вузы и имеющих блестящие рекомендации от предыдущих работодателей, и что, вообще-то, не стоило бы все так упрощать и делить людей на типы. Конечно, для того, чтобы учиться в элитном вузе, нужно приложить немало усилий и, может быть, даже чем-то пожертвовать.

Но люди с идеальным прошлым часто отказываются от некоторых видов работы, так как считают себя слишком квалифицированными. И вообще неизвестно, как они справятся с трудностями, если у них никогда не было серьезных передряг. Поэтому, когда Регина видит двух кандидатов с одинаковой квалификацией, при этом у одного из них биография гладкая, а у другого — сложная, то всегда отдаст предпочтение второму.



Как выглядят два типа резюме, о которых говорит Регина Хартли?

«Кандидат А — окончил университет Лиги плюща, отличные оценки, безупречное резюме. Все идеально. Кандидат Б — государственный вуз, метания с одной работы на другую, случайная подработка кассиршей, поющей официанткой...

Первых я и мои коллеги называем «серебряными ложками» — они, как говорится, родились с серебряной ложкой во рту. У них явные преимущества, и они с самого начала обречены на успех. Это мажоры, баловни судьбы, им все далось легко.

Вторые — «бойцы»: те, кому пришлось столкнуться с огромными трудностями, чтобы достичь того же, что и «серебряным ложкам».

Хартли считает, что такие люди добиваются успеха не вопреки трудностям, как это принято говорить, а благодаря им.

Сама она была четвертым ребенком в семье с пятью детьми, которых из-за тяжелой болезни отца мать растила практически в одиночку. Они жили «в суровом квартале Бруклина». У семьи никогда не было не только собственного дома и автомобиля, большую часть детства не было даже домашнего телефона.

«Моя жизнь могла сложиться совсем иначе», — говорит Регина и добавляет, что всегда интересовалась феноменом связи между способностью человека к борьбе и его успехом в бизнесе.

«Я встречалась с влиятельными людьми, наблюдала за лидерами и заметила кое-что общее. Многим из них в раннем возрасте пришлось столкнуться с трудностями — от бедности и гибели родителей до насилия и неспособности к обучению. Раньше считалось, что травма ведет к страданию, и основной акцент делался на дисфункции, которая становится следствием этих проблем».

Новые исследования показывают, что даже самые плохие обстоятельства могут привести к успеху. Ученые назвали это «посттравматический рост».

Сложности не преодолеваются в одиночку, поэтому у «бойцов» обычно крепкие связи. Также у них хорошее чувство юмора, потому что иначе они бы просто не выжили. Когда все идет плохо, «бойцы» ищут пути решения, потому что обладают «чувством цели».

«Если ты пережил бедность, безумие отца и несколько ограблений, а тебе говорят про проблемы в бизнесе, — вы что, серьезно? Да фигня! С этим-то уж я справлюсь!»

Для Регины Хартли резюме — это не просто перечень мест работы и достижений, это целая книга жизни, история человека. Истории «бойцов» обычно похожи на лоскутное одеяло. Конечно, цепочка подработок может быть признаком непоследовательности, отсутствия фокуса и непредсказуемости. Но также она может быть проявлением самозабвенной борьбы с обстоятельствами. Поэтому «боец» как минимум заслуживает собеседования.

«Возьмем такое резюме: родители кандидата в детстве отдали его на усыновление. Он не окончил университет, прыгал с работы на работу, жил год в Индии. А еще он страдает дислексией. Наймете вы такого кандидата? Между прочим, его зовут Стив Джобс».

Казалось бы, больше аргументов, чтобы предпочесть «бойца», не требуется, но у российского карьерного консультанта Айгюн Курбановой совершенно иное мнение по этому вопросу.

«Нет никаких убедительных исследований, показывающих, что люди со сложным детством добиваются большего или что у них ярче выражены какие-то компетенции. В любом случае нельзя выбирать сотрудника только на основе того, счастливое у него было детство или несчастливое. Мы не психологи и не психотерапевты — мы компания. Соответственно, мы должны в первую очередь смотреть на эффективность и результативность человека, а не на то, какие у него были обстоятельства и шансы. Нельзя работать в таких узких рамках — это ограничивающее убеждение, при этом ограничивающее компанию в целом, — сколько талантов они не наняли из-за этой странной философии?»

Айгюн Курбанова предполагает, что личная история Хартли могла сделать ее предвзятой. Кроме того, слушая эту лекцию, надо делать поправку на разницу между российскими и американскими реалиями.

Мнение Хартли направлено против элитарности и традиционной для США философии успеха. В России же контекст совершенно иной.

«Есть целые компании, которые считают, что надо нанимать женщин с маленькими детьми, разведенных, приезжих из небольших городков, которые снимают жилье, — рассказывает Курбанова. — И это делается вовсе не из гуманизма и желания помочь незащищенной группе. Не потому, что одинокие матери — лучшие сотрудники, или что у них более высокие лидерские навыки, или что борьба за выживание сделала их сильнее. А потому, что эти люди будут за меньшие деньги без всяких претензий работать больше. И терпеть любую глупость начальства, ведь они вынуждены держаться за место. Это страшные компании, и все сотрудники там мечтают только об одном: найти другую работу».