Зачем учатся те, кто уже получил формальное образование в вузе или колледже? Кто заинтересован в их профессиональном развитии, кроме них самих? Почему многие из нас работают не по специальности и какие профессии наиболее популярны? Экономист Павел Травкин объясняет, как меняется рынок труда и что мы можем сделать, чтобы адаптироваться к этим переменам.

21 апреля ЧТД пригласил экспертов и читателей на Московский международный салон образования (ММСО)

Мы поговорили с экспертами о том, как взрослым адаптироваться к новой реальности. В обсуждении приняли участие экономист Павел Травкин, научный сотрудник НИУ «Высшая школа экономики», психотерапевт Инна Хамитова, директор Центра системной семейной терапии, и киберпсихолог Наталия Богачева, преподаватель Сеченовского университета. В 2019 году году ММСО пройдет 10-13 апреля.

Раз мы на Московском международном салоне образования, то начнем именно с образования. Когда мы говорим про рынок труда, почему-то в голову сразу приходят люди, имеющие высшее образование. Те, кто имеют среднее профессиональное образование, — периферия, рабочие: вроде бы они есть, но про них не пишут исследователи. Между тем, несмотря на взрывной рост интереса к высшему образованию за последние 20 лет, занятые с высшим образованием — все еще меньшинство на рынке труда.

Люди с разным образованием решают разные задачи и работают в разных отраслях экономики. Большинство занятых с высшим образованием на рынке востребованы в таких областях, как образование, здравоохранение, бизнес-услуги. Максимальную их долю мы видим именно там.

В промышленности их доля снижается, там больше квалифицированных рабочих и тех, кто работает руками. Если посмотреть на оптовую и розничную торговлю, туда массово идут те, кто закончил школу и больше не продвигался в своем образовании.

Последние две отрасли — строительство вместе с транспортом и сельское хозяйство. Туда больше идут люди со средним профессиональным образованием и сразу после школы, как бы это парадоксально ни звучало.

Куда идет молодежь?

Наша молодежь выбирает не те же самые профессии, что более взрослое население. Основные разрывы мы видим в образовании (там весьма высока доля старших возрастов), в сельском хозяйстве и, как ни странно, в торговле — туда радостно стремится молодежь.

Это выглядит несколько парадоксально, может быть, даже печально. Но почему так происходит? Первое объяснение достаточно простое: в экономике всегда происходят изменения, меняются сектора, технологии, и это влечет изменение спроса на труд. Быстрее всех на это реагирует молодежь: она идет туда, куда ее зовут, и считает, что ей там легче жить.

Молодежь сейчас массово получает высшее образование. С тем количеством вузов, которые у нас сейчас есть, не сравнить ситуацию 20 или 30 лет назад: и вузов было меньше, и училось в них гораздо меньше студентов.

Наша экономика пытается их распределить туда, где они нужны, но на выходе из вуза очень многие выпускники выбирают совсем не то, чему их учили. Таких примерно треть в каждом выпуске. Особенности нашего рынка труда толкают молодежь выбирать работу не по специальности и сектора, не связанные с их образованием. 

Работать почти бесплатно или совсем не работать?

В России крайне низкий уровень безработицы — процентов пять. Быть безработным очень дорого. В России полностью отсутствует поддержка безработных. Пособие по безработице составляет от 800 рублей до 4900 рублей в месяц по всем регионам страны. Чтобы получить верхнюю планку (а это почти 5000 рублей), нужно еще подтвердить свой опыт, приложить усилия. Но на 5000 рублей прожить крайне тяжело, я уже не говорю про 800 рублей. Поэтому практически никто не идет в службу занятости — это бессмысленно.

При этом у нас есть крайне низкий порог входа на рынок труда. Ты можешь наняться, и тебе могут платить зарплату, равную МРОТ. В этом году МРОТ благодаря указу правительства приблизился к 10-12 тысячам рублей.

В то же время у нас крайне жесткое законодательство, которое защищает занятых. И это приводит к тому, что работодатель не может просто так работника уволить. Поэтому в сложные периоды он не сокращает работников, а срезает зарплату всем, чтобы как-то удержаться на плаву. А работники сами не уходят, боясь остаться совсем без работы

Опять же наше жесткое законодательство исполняется не всегда. Мы все знаем про «серые» зарплаты на предприятиях, про оформление «левым» методом на работу или про работу вообще без оформления — такое тоже бывает. И все это не способствует желанию людей инвестировать в себя.

Если в остальных странах основной риск — это стать безработным, то в России к риску безработицы прибавляется риск попасть в группу низкооплачиваемых работников.

Исследования показывают, что люди «залипают» там и остаются в этой ловушке низких доходов, потому что выбраться бывает очень сложно.

Кому больше платят

Когда мы выходим на рынок труда, мы рассчитываем, что сейчас мы получаем такую-то зарплату, потом мы будем расти, расти, расти и к пенсии мы уже будем суперпрофессионалами.

Пик карьеры должен быть в 50 лет, и зарабатывать в этот момент мы должны больше всего. Так этот профиль выглядит в европейских странах.

В России пик доходов сейчас приходится на возраст 30-35 лет, а дальше доходы снижаются. Во-первых, среди молодежи самое большое количество людей с высшим образованием, и они идут на те рабочие места, которые требуют серьезных навыков и востребованы на рынке труда, получая там высокие доходы.

Зачем получать высшее образование?

Примем за 100% зарплату человека с 9 классами школы. Если ты закончил 11 классов, ты получаешь на 7-10% больше. Профессиональное образование в ПТУ, колледжах – еще 10%, итого 20% прибавляешь к школьному образованию. А если ты получаешь высшее образование, твой доход подпрыгивает на 70-80%.

Во-вторых, это результат резких изменений 90-х годов. Из-за очень быстрой перестройки стали появляться новые отрасли. Был острый дефицит кадров для них, и поэтому за каждого были готовы платить большие деньги. Туда шла молодежь.

Чтобы продвинуться или хотя бы удержать свой уровень, тем, кому за 35, нужно постоянно обновлять навыки. Предположим, в 25 лет люди заканчивают «вышку» и выходят на рынок труда. Трудятся они до 55-60 лет, то есть фактически 30-40 лет рабочей жизни.

За 30-40 лет жизнь меняется кардинально, особенно сейчас. Невозможно использовать только знания, полученные в вузе, и продолжать работать. Ты, так или иначе, должен меняться, должен инвестировать в себя.

Когда пора переучиваться

В Европе государство активно участвует в дополнительном образовании взрослых. А как участвуют в этом наши прекрасные фирмы? Да, конечно, мы знаем примеры Сбербанка, «Роснано», которые обучают всех поголовно и даже 2 раза в год, но такие фирмы можно пересчитать по пальцам.

А кто платит за обучение: вы или работодатель? У нас примерно пополам. В европейских странах, которые обучают много, в подавляющем большинстве случаев обучение оплачивает фирма.

Почему-то люди предпочитают доучиваться только в молодом возрасте, а потом интерес к доучиванию падает до нуля. Хотя казалось бы, у выпускника вуза и колледжа должны быть свежие профессиональные навыки, которые устаревают лет через 10, и вот тогда самое время поучить что-то новое.

Что делает Швеция? Как раз в возрасте 30-40 лет и до 50 она резко увеличивает вложение денег в людей, чтобы те приобрели те навыки, которые важны на рынке труда. У нас этого не происходит.

Следующее — а зачем и чему учат? У нас есть доклад «Высшей школы экономики» и Всемирного банка «Спрос на навыки». Профессиональных навыков не хватает практически в 40% фирм. Это много, но это понятно, потому что многим работодателям хотелось бы, чтобы их работники работали лучше.

Обратите внимание, насколько востребованы так называемые soft skills — обычно под ними имеют в виду умение работать с людьми, планировать свою работу... У нас самое ценное качество для рабочего — это добросовестность. Когда мы спрашивали фирмы, что они имели в виду, те отвечали: а это чтобы трезвый приходил всегда на работу, и желательно вовремя. Две трети фирм говорят, что трезвый — это очень важное требование.

Кто будет нужен завтра

Стандартный набор, про который мне говорили мои родители, когда я думал, куда идти учиться, — люди всегда болеют, людям надо что-то есть и надо где-то жить. Без этого в будущем тоже никуда не деться. Вопрос в другом: как это преобразуется. Возможно, нам скоро придется есть синтетическую пищу, а не просто приготовленную.

С одной стороны, мы несколько отстаем от всего мира, и технологии к нам приходят не очень быстро. Но если под вашу профессию можно написать алгоритм, скорей всего, она исчезнет. Растут профессии, которые требуют либо каких-то новых навыков, которых еще нет, навыков на рынке труда с высокими технологиями. Кроме того, растет еще спрос на уход за людьми. Потому что во всем мире население стареет.

Будет расти спрос на врачей, на медсестер и сиделок, которые могут с ними общаться, потому что эти вещи никакому роботу не доверишь.

Что диктуют технологии? Что они принесут нашему миру? Будут нужны инженеры-технологи, которые делают эти технологии руками, без этого никуда. Также в будущем, скорее всего, от нас потребуются навыки взаимодействия с машинами — язык программирования, еще что-то.

Ты должен либо уметь сам это делать руками, либо знать, что происходит, чтобы поставить задачу тем, кто это умеет делать. Многие сейчас активно начинают инвестировать в развитие этих навыков не только у технарей, но и у гуманитариев.

Сейчас настоящий бум популярности гуманитариев, которые понимают в технологиях, потому что именно они должны выстроить мостик между технологиями и тем, как они будут взаимодействовать с людьми.

Сегодня многие работодатели стоят перед выбором: вложиться в технологии или нанять десяток низкоквалифицированных людей (мигрантов). И зачастую выбор в пользу последних, потому что они дешевле и они могут заняться другой задачей.

Но в ближайшем будущем рабочая сила резко сократится. Когорта от 18 до 40 лет уменьшится на четверть, а ведь это самые производительные люди. Их просто не будет через 20 лет. Зато больше будет доля старших возрастных групп, которых государству с меньшим количеством молодежи придется как-то содержать. Поэтому фирмам придется активно инвестировать в технологии.

Рынок труда ждут большие изменения. Мы уже видим начинающуюся поляризацию экономики. Исчезает средний класс работников, которых легко заменить машинами. Остаются топ-специалисты, штучный товар, которых сложно заменить, и неквалифицированные рабочие, которых заменять пока еще очень дорого. Поэтому инвестируйте в себя!