Вы знаете, кто первым придумал при помолвке дарить кольцо с бриллиантом? В курсе, как автопромышленники избегают ответственности за аварии? Представляете себе, какие привычки нам привили производители косметических средств? Из ответов на эти и многие другие вопросы состоит американский комедийно-образовательный сериал «Адам портит все». ЧТД посмотрел выпуск о работе и обсудил его с юристом и специалистом по кадрам.

Реальность под вопросом

Каждый выпуск шоу «Адам портит все» начинается с бытовой зарисовки: актеры ужинают в ресторане, проходят медосмотр, собираются голосовать или ложатся спать. В самый неподходящий момент ведущий, Адам Коновер, вторгается в их реальность и пытается развеять те или иные заблуждения (и, вполне ожидаемо, встречает отпор).

Третий сезон Адама

Сериал «Адам портит все» впервые появился на американском truTV в сентябре 2015 года. Первый сезон состоял из 26 эпизодов, второй — из 22, сейчас идут съемки третьего. Каждая серия дополнена анимированными вставками: Адам и его собеседники время от времени превращаются в рисованных персонажей.

Шоу задумано как не только комедийное, но и образовательное, поэтому, когда Адам приводит аргумент, на экране появляется ссылка на источник. По словам создателей программы, члены команды каждый день звонят экспертам и перепроверяют информацию, чтобы быть уверенными в ее достоверности.

И все же проколы иногда случаются: так, все ошибки первого сезона вышли отдельным выпуском во втором. Но это делает Адама еще симпатичнее: нам вообще больше нравятся люди, если мы видим их промахи.

Задача переубедить зрителей не стоит: Адам и его команда знают, что опровержение только усиливает веру в заблуждение. Когда мы пытаемся переубедить собеседника, он чувствует, что на него нападают, и в его мозге активируется зона, отвечающая за настоящую физическую боль. Более того: когда факты противоречат нашему мнению, мы часто прячемся за эмоциональными аргументами, которые нельзя опровергнуть. И все же эпизоды как минимум заставляют зрителей сомневаться в том, что прежде они считали истинным.

Восьмая серия первого сезона посвящена работе. Адам оказывается в среднестатистическом американском офисе. Здесь есть настольные игры и сладости, призванные скрасить жизнь сотрудников, а заодно и переключить внимание с реальных проблем.

Три факта о работе, которые вам стоит знать

Больше — не значит лучше

Еще в 1930 году экономист Джон Мейнард Кейнс предсказывал, что к 2030 году мы будем работать всего 15 часов в неделю. Десятилетиями рабочее время сокращалось, но в 1970-х американцы начали работать все больше и сейчас трудятся на четыре недели в год дольше, чем в 1979 году.

И это серьезно вредит бизнесу: переработки ведут к повышению числа ошибок и несчастных случаев на производстве на 61%, а у сотрудников снижаются результаты тестов на когнитивные способности.

При этом лишь 45% нашего рабочего времени действительно уходит на работу. Остальные 55% приходятся на сидение в соцсетях и совещания (зачастую бессмысленные).

Что предлагают Адам и его команда? Следовать примеру передовых компаний и переводить своих сотрудников на сокращенную рабочую неделю.

Работодатели обманывают стажеров

Создатели программы утверждают, что сегодня каждый третий сотрудник в США — внештатник или стажер. Это позволяет работодателям экономить на зарплате до 30%. При этом у тех, кто был стажером, практически такой же шанс найти работу, как и у тех, кто не стажировался: 39,5% против 38,6%.

Адам настаивает на том, что стажировки законны только в тех случаях, если:

  • они выгодны стажеру, а не компании;

  • оплата не сводится к обещанию дать работу;

  • они не ущемляют обычных сотрудников и в целом носят обучающий характер. Приготовление команде кофе и копирование документов такими, конечно, не являются.

Мы имеем право знать, сколько получают коллеги

Несмотря на рецессию, американский бизнес сегодня зарабатывает больше, но на зарплатах это не отражается. У американцев табу на разговоры о деньгах, и работодатели активно этим пользуются. Так, например, афроамериканские женщины до сих пор получают 64 цента на каждый доллар, который зарабатывает белый мужчина.

Как с этим бороться? Произносить вслух свою зарплату. Это неотъемлемое право сотрудников, закрепленное законом о трудовых отношениях.

А как у нас?

Мы решили узнать, насколько американские реалии отличаются от российских, и попросили прокомментировать эту серию консультанта по подбору персонала Ирину Смирнову и сотрудника юридической службы крупного рекламного холдинга, пожелавшего остаться анонимным.

Ирина Смирнова считает, что, как и в США, в России гласный или негласный запрет на обсуждение зарплат действует во многих компаниях. «Исключение — организации с жесткой структурой и четко прописанными зарплатными нормативами для должностей. Чаще всего это крупный бизнес и государственные или окологосударственные структуры».

Во всех прочих случаях уровень дохода сотрудников, занимающих аналогичные должности, может сильно отличаться. Поэтому работодатели не поощряют, а порой и вовсе запрещают сотрудникам сообщать свой уровень дохода коллегам, в том числе предлагая подписать документ о неразглашении.

Обсуждение разницы в доходах приводит к демотивации сотрудников с меньшей зарплатой, текучке кадров и повышению фонда оплаты труда.

Юрист объясняет, что можно включить запрет на разглашение уровня заработной платы в локальные документы компании, а вот назначить ответственность для сотрудника нельзя — в противном случае тот может обратиться в трудовую инспекцию или в суд. «Доказать свою правоту работодателю будет практически невозможно, поскольку в такого рода действиях сотрудников нет ущерба для деятельности компании или ее клиентов и партнеров».

Чем обусловлена разница в зарплатах? «У сотрудников может быть разный профессиональный опыт и уровень владения ключевыми для должности навыками, — объясняет Ирина. — Кроме того, один человек может и умеет себя „продать“, другой — нет, один давно занимает эту должность и не представляет актуальную ситуацию на рынке труда, а другой оказался вне конкуренции и договорился о более высокой зарплате».

По мнению юриста, это не вполне законно: согласно письму Роструда от 27 апреля 2011 года, размеры окладов на одной должности должны быть одинаковыми, а «надтарифная» часть (надбавки, доплаты) могут разниться в зависимости от квалификации, сложности работы, количества и качества труда. «И все же я бы не советовала устанавливать одинаковые должности с различиями даже в „надтарифной“ части: в случае проверки доказать „разность“ квалификации сотрудников практически невозможно».

Что касается финансовой дискриминации в отношении женщин, о которой идет речь в эпизоде, то с ней Ирина Смирнова не сталкивалась. «Иногда в заявке на подбор указано предпочтение по полу и возрасту кандидата, но чаще это обусловлено более или менее объективными причинами. Например, на позицию секретаря скорее возьмут девушку (дань традиционным представлениям), а если работа предполагает большое количество командировок на дальние расстояния — мужчину: они в большинстве случаев физически выносливее. Но ни один из моих клиентов не заявлял о готовности платить кандидату-мужчине больше, чем женщине».

А вот с переработками дела обстоят по-разному. «Как правило, восьмичасового рабочего дня жестко придерживаются все те же государственные или окологосударственные структуры. Большинство работодателей ждет от сотрудников готовности к ненормированному рабочему дню. Чаще всего речь идет о 10-часовом дне, реже — о 12-14-часовом. При этом мало кто выплачивает работникам сверхурочные», — рассказывает Ирина.

И это совершенно точно нарушает действующее законодательство: установление ненормированного рабочего дня должно компенсироваться дополнительным отпуском продолжительностью не менее трех календарных дней, а сверхурочная работа — «оплачиваться за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы — не менее чем в двойном размере».

Почему же тогда сотрудники на это идут?

В ситуации кризиса действуют законы «рынка работодателя»: вакансий меньше, чем соискателей, и лучше такая работа, чем никакой. Особенно если работника устраивает уровень дохода.

По словам Ирины, в России появляются компании, которые переводят сотрудников на сокращенную рабочую неделю или уменьшают продолжительность рабочего дня, но при этом пропорционально урезают зарплату. Так что до идеального мира, нарисованного Адамом и его командой, нам далеко.