Лишать себя сна, чтобы больше успевать, — одна из худших идей, которые могут прийти нам в голову. Американский профессор неврологии Мэттью Уолкер в бестселлере «Зачем мы спим» объясняет, как сон породил человеческую цивилизацию и почему сновидения — самая творческая деятельность, на которую только способен наш мозг.

В одной из глав книги автор описывает очень эффективный будильник. Он подключен к банковскому счету спящего и ежесекундно после сигнала отсылает по $10 политической партии, которую ненавидит хозяин будильника. «То, что мы создали столь изощренные и даже болезненные способы пробуждения, говорит о том, насколько же мы не высыпаемся», — рассуждает Уолкер.

Каждому из нас необходимо не просто больше знать о сне, но и вообще изменить привычное отношение к нему. Слишком много амбициозных профессионалов относятся ко сну как к досадной необходимости терять треть жизни на восстановление сил. Но это большая ошибка, уверен автор.

Книга «Зачем мы спим» — исчерпывающий справочник по сомнологии: тут и информация о самых свежих открытиях, и разбор различных волнующих тем вроде осознанных сновидений, и рассказы о сомнологах-первооткрывателях.

Особенно хороша история Натаниэла Клейтмана, который в 1938 году вместе с ассистентом провел месяц в абсолютной темноте в пещере штата Кентукки и обнаружил так называемые циркадные ритмы — встроенный в нас механизм смены сна и бодрствования. 

Позднее тот же самый Клейтман, наблюдая за ночными движениями глаз собственной дочери, поучаствовал в другом основополагающем открытии: сон состоит из двух разных фаз — быстрой и медленной.

Плоская кровать как инструмент эволюции

Фаза быстрого сна, которая вызывает сновидения, есть у всех млекопитающих. У человека эта фаза занимает больше всего времени: примерно 25%. У шимпанзе, орангутанов и горилл — 9% от всего времени сна, который в целом у обезьян длится дольше.

«Понять, как и почему наш сон настолько отличается, — значит понять, как человекообразная обезьяна эволюционировала до человека и спустилась с дерева на землю», — заявляет Уолкер.

Дело в том, что обезьяны, спасаясь от хищников, спят на деревьях, а это трюк не из простых. Беднягам каждый раз приходится заново обустраивать место для ночлега: «Представьте, что каждый вечер после ужина вы тратите несколько часов на сборку кровати из ИKEA!»

Нормально спать в таком положении все равно не получается, этим и объясняется краткость фазы быстрого сна, при которой мышцы должны быть максимально расслаблены.

Лишь спустившись на землю благодаря огню, отпугивающему врагов, мы смогли получить относительно спокойный глубокий сон. Сновидения регулируют наши эмоции и помогают наращивать количество нейронных связей в мозге. Поэтому именно такой «более концентрированный сон» позволяет людям развивать мышление и создавать сложные социокультурные общины. Это, собственно, и вывело нас из животного мира в цивилизацию.

Более того, именно сверхспособности в области сна могут запустить новый виток эволюции. Уолкер всерьез предполагает, что люди, способные на осознанные сновидения, составят «особую когорту, которая сможет решать многие творческие проблемы и отвечать на вызовы, встающие перед человечеством». Уж не говоря о том, сколь невероятные перспективы открылись бы человечеству, если бы оно научилось, подобно дельфинам, спать только одним полушарием, оставляя активным второе.

«Сновидения: инкубатор творческих идей»

Главу с этим названием Уолкер начинает с Менделеева — история об открытой во сне таблице химических элементов популярна не только в России. Вы также найдете тут несколько любопытных рассказов о писателях и музыкантах, которые пользовались сном для работы.

Больше всего запоминается изобретатель Томас Эдисон, который спас нас от ночной темноты, создав электрическую лампочку, но одновременно сломал наш естественный режим сна.

Есть легенда, что он любил заснуть в кресле, зажав в руке подшипники и положив на пол перевернутую сковородку. Когда изобретатель начинал видеть сон, мышцы расслаблялись, шарики падали вниз, ударялись о сковородку и будили его.

Тогда Эдисон записывал все творческие идеи, которые посетили его во время сновидений.

Что же такого особенно творческого в сновидениях? Оказывается, сон «выстраивает связи между дистанционно связанными информационными элементами, которые не видны в свете дневного бодрствования».

Проще говоря, во сне ваши впечатления сочетаются и перемешиваются так причудливо, как даже самый свободный и пластичный разум не способен соединить их самостоятельно. Получается, что, прислушиваясь к сновидениям, можно превзойти самого себя.

Алкоголь против сна

Плохие новости: алкоголь — злейший враг сна. Даже если вы не злоупотребляете спиртным, а прибегаете к бокалу вина или стопке крепкого напитка как к приятному снотворному, ничего хорошего из этого не выйдет. Как и сон после снотворных, алкогольный сон не может заменить нормального отдыха. Необходимые процессы в мозге во время такого сна не происходят.

Чем меньше вы пьете, тем лучше спите, чем лучше спите — тем лучше здоровье, поэтому хорошо бы не пить вообще.

Поразительно, что алкогольный делирий, известный как «белая горячка», — не что иное, как вторжение сновидений в мир бодрствования, без всяких метафор.

«У алкоголиков зачастую отмечается почти полное отсутствие фазы быстрого сна, — рассказывает Уолкер. — Долгие промежутки без сна со сновидениями приводят к росту „задолженности“ по быстрому сну и острой необходимости компенсировать эту задолженность. 

Она настолько сильна, что порой вызывает пугающие последствия: сновидения начинают агрессивно внедряться в сознание бодрствующего человека».

Сон как победа над старостью

По мнению автора, снижение у пожилых людей потребности в сне — это миф, который создало общество, глядя на мало спящих стариков. Все дело в том, что они просто теряют способность отдыхать полноценно. При этом страдает и фаза медленного сна, которая, как выяснилось, связана с нашей способностью к запоминанию.

«К 40 годам возраст отнимает у вас 60-70% глубокого сна, которым вы наслаждались в раннем подростковом возрасте, — утверждает автор. — По достижении 70 лет вы потеряете 80–90% глубокого сна вашей юности».

При этом мы обычно не осознаем, насколько все изменилось, а значит — не связываем ухудшение своего самочувствия — и памяти! — с недостаточно качественным сном. Это одно из самых интригующих утверждений в книге «Зачем мы спим».

Возможно, отрегулировав циркадный ритм пожилого человека, мы сможем замедлить процесс снижения когнитивных способностей и старения в целом. Некоторые возможности для этой регуляции существуют уже сейчас, главное, чтобы мы обратили внимание на проблему.

Во время сна из мозга удаляются белки бета-амилоиды, которые в том числе связаны с болезнью Альцгеймера. При недосыпании они накапливаются в отделах мозга, ответственных за глубокий сон. То есть получается порочный круг. Расстройство глубокого медленного сна, при котором амилоиды не удаляются в нужном количестве, снижает способности к их удалению, и, соответственно, риск деменции растет.

Распространенное мнение о том, что, если вы хотите быть успешным, надо мало спать, — еще один вреднейший миф, отвечающий за распространение болезни Альцгеймера.

«Я всегда считал любопытным, что у Маргарет Тэтчер и Рональда Рейгана — двух глав государств, которые не раз и почти с гордостью публично заявляли о том, что спят не больше 4-5 часов в сутки, — развилась эта беспощадная болезнь, — добавляет Уолкер. — Нынешнему президенту США Дональду Трампу, который тоже кричит об этом на каждом углу, не мешало бы взять этот факт на заметку».

Надо отметить, что Уолкер в этом пункте довольно радикален: его коллеги говорят, что люди, которым нужно меньше 6 часов для сна, действительно существуют и называются «короткоспящими». Однако это довольно редкое явление, а постоянное недосыпание действительно очень вредно.

Недосып и образовательные реформы

О необходимости сна для запоминания информации написано немало. Но Уолкер в этой связи рассуждает о том, как стоит изменить систему получения знаний. Зубрежка перед экзаменами — основная причина, по которой недосыпает огромное количество учащихся (и у них мало что получается).

В 2006 году Уолкер провел исследование среди своих студентов и обнаружил, что группа, лишенная полноценного сна, вызубрила на 40% сведений больше по сравнению с теми, кто отдыхал нормально.

В одном из университетских журналов ученый опубликовал статью с результатами своих опытов и предложением перестать проводить экзамены в последние дни семестра. По мнению сомнолога, этот график не только приводит к недосыпу, но и снижает качество знаний в целом. Однако к Уолкеру не прислушались, заявив, что студенты должны уметь организовывать свою работу: если они не высыпаются, то виноваты в этом сами.

Тем не менее собственный курс Уолкер делит на три части и не проводит ни одного обобщающего экзамена, давая студентам возможность отчитываться маленькими порциями. «Такую подачу материала можно сравнить с высокой кухней», — пишет он, настаивая, что для здорового пищеварения лучше разделить образовательную пищу на небольшие порции с перерывами между ними, чем пытаться поглотить все информационные калории за один раз.