Как понять, что техника релаксации эффективна? Можно ли измерить эффект от медитации? Сегодня нам доступны устройства, которые позволяют отслеживать свои состояния. ЧТД заглянул в Центр нейроинформационных технологий и узнал, над чем работают его специалисты.

Офис Центра нейроинформационных технологий на Мясницкой напоминает внутренности звездолета или секретной лаборатории. Прожилки микросхем тянутся по стенам, двери «сшиты» из металлических листов с заклепками. Правда, вблизи видно: это только элементы дизайна, дань желанию хозяев трудиться в футуристической атмосфере.

На сайте Центра мало конкретики. Зато есть, например, такие формулировки: «Мы помогаем овладеть навыком режима восстановления энергии организма при помощи современных нейроинтерфейсов. Создавая индивидуальные программы тренировок под особенности каждого клиента, мы обеспечиваем быстрое освоение техники управления „альфа“ состоянием центральной нервной системы».

Все это кажется близким к разговорам о «космических энергиях». Но психофизиология успешно применяется в спорте высоких достижений и в профессиях, требующих постоянной концентрации, — у машинистов, диспетчеров, операторов сложной техники. А с недавних пор  и в подготовке к соревнованиям между профессионалами.

Как сделать из сталевара Гагарина

«К нам пришли с заказом из „WorldSkills Россия“ два года назад, — рассказывает Виктор Большаков, заместитель директора Центра. — Мы тогда занимались проектами в области спорта высших достижений в рамках инновационного центра Олимпийского комитета. Нам поставили задачу: помогать людям побеждать».

Виктор Большаков
Виктор Большаков, генеральный директор Центра нейроинформационных технологий

Чемпионат WorldSkills — что-то вроде олимпиады, в которой участвуют мастера рабочих профессий. Разброс самый широкий: от сталеваров до генных инженеров и робототехников. Всего около ста профессий. Но есть нюансы: каждый специалист может участвовать не больше раза в жизни, и его возраст не должен превышать 23 лет. Цель — выявить, как страна готовит молодых специалистов. Но, в отличие от спортсменов, профессионал не обязательно имеет опыт соревновательной подготовки.

«Системный администратор за конкурсную программу выполняет примерно месячный объем работы, — говорит Виктор. — Это три полных дня, с утра до вечера. К тому же 30% заданий — творческие. Нужно сориентироваться, построить план работы. А опыта саморегуляции у человека нет, он же не олимпиец. Он не может уснуть перед стартовым днем. Допускает ошибку, расстраивается и из-за этого допускает еще одну. Три дня он не может расслабиться, сбросить это напряжение. Не имеет таких механизмов».

В итоге для конкурсантов разработали тренажеры для борьбы со стрессом. «Мы построили их на механизме биологической обратной связи (БОС), — говорит Виктор. — Вы берете датчик, подключаете к человеку по какому-то параметру: кожно-гальваническая реакция, ритмы сердца, энцефалограмма, идущая от головы, — и по сигналу, который оттуда идет, делаете оценку: получается или нет. Зеленый — получается, красный — нет, желтый — ни то ни се».

Занятия дали свои плоды: сборная России в 2017 году заняла первое место в общекомандном зачете.

А создатели тренажера решили отправиться в свободное плавание — основали собственный стартап, который вскоре стал частью фонда «Иннопрактика» в виде Центра нейроинформационных технологий.

Медитация с датчиками

«Я по образованию физик и параллельно с научной работой готовил ребят к поступлению в физтех, — рассказывает Виктор Большаков. — Меня тогда поразили возможности БОС. У нее столько вариантов применения! Например, приходишь ты на занятия йогой. Тебе там дают задание: сделать набор пранаям, в шавасану какую-нибудь лечь. Ты лежишь, пытаешься что-то делать. Тебя инструктор как-то наставляет. У тебя получается или нет? Ты что-то чувствуешь, но понять сложно».

Чтобы достичь эффекта, для тренажеров на основе БОС требуются не просто аппараты с датчиками. Нужна программа, которая будет считывать данные. Нужен понятный интерфейс.

Наконец, нужен специалист, который будет вести человека, давать ему новые задания и инструкции. По сути, тот же тренер. Но одно дело — создать программу под разовую задачу. Совсем другое — разработать продукт, который могли бы применять все. Например, в офисе или при подготовке к экзамену.

«Здесь возникает много сложностей, — говорит Виктор. — Например, чтобы качественно снять энцефалограмму, нужен хороший контакт с кожей. Поэтому в профессиональной технике электроды делают на смазке. Вам приходится смазывать гелем каждую точку, надевать специальную шапочку. Понятно, что это недружественный интерфейс. Мы выбрали себе в качестве вектора упрощение: поиск устройств на сухих электродах, которые можно надеть, и чтобы этого было достаточно».

Какие еще бывают тренажеры

Психофизиологические тренажеры разрабатывали еще в СССР. «Клиентом» было государство, его военные и аэрокосмические ведомства. В России это направление продолжало развиваться. Сегодня в РЖД активно применяют тренажеры и системы контроля бодрствования машинистов от компании «Нейроком». А приборы фирмы «Нейротех» используются для мышечной реабилитации после травм, лечения переутомления, депрессии, эпилепсии.

На столе лежат несколько устройств, похожих на привычные наушники и фитнес-браслеты. Это оборудование, которое использует Центр. Вот небольшая гарнитура, похожая на слуховой аппарат. Производится в Германии, используется в основном спортсменами. В нее встроены датчики, которые измеряют температуру и пульс. Рядом большие раковины наушников с подозрительными шипами на внутренней поверхности ободка — стимулятор мозговой активности.

«Принцип простой: надели, поймали контакт, включили, — рассказывает Виктор. — Стимулятор воздействует на кору, увеличивая мозговую активность и повышая пластичность восприятия. Минут 10-12 вы его носите, ощущая легкое жжение, — зато примерно на час получаете повышенную восприимчивость мозга. Допустим, вы учитесь плавать. У вас сложная координационная задача: отработать определенное движение. Со стимулятором у вас это получается более качественно».

Кто заинтересован в управлении мозгом

Гаджет, о котором говорит Виктор, кажется мечтой любого занятого профессионала, который хочет «разогнать» свой мозг и учиться быстрее. Вот только в научных исследованиях его эффект пока немного выше плацебо.

Самые совершенные машины по-прежнему не могут обойти по эффективности внутренний настрой, мотивацию, дисциплину.

Впрочем, Виктор уверен, что через несколько лет в этой области должен произойти настоящий прорыв. Датчики станут эффективнее, будет больше тех, кто захочет вложиться в собственные программы подготовки профессионалов.

Тренажеры для психики
Последняя версия психофизиологического тренажера для участников WorldSkills от «Нейроцентра». Смартфон с приложением-тренажером, VR-очки и браслет-часы с датчиком пульса.

«Предприниматели пока плохо понимают, насколько это эффективно — отслеживать состояние человека с помощью приборов и помогать ему управлять этим состоянием. Бизнес, особенно в России, обычно работает на короткую перспективу. Когда будет выгода? Что конкретно мы будем сейчас продавать? Но выгода может быть опосредованной — в лучших результатах, меньшем количестве брака, большей удовлетворенности работой».

Количество вариантов применения психофизиологических методик и правда поражает. Кажется, что они ограничены только фантазией разработчика и клиента. Это и онлайн-курсы, где успех зависит от умения удерживать внимание, и корпоративное обучение с его вечной тревогой — отложилось ли что-то в голове после тренинга? «В ряде крупных компаний практикуют получасовой сон после обеда, — говорит Виктор. — Есть исследования, которые показывают, что эффективность тогда очень сильно повышается. Но не все могут себе позволить отводить комнаты для сна. Если мы вместо сна подумаем об отдыхе, — пожалуйста, вот вам тренажер, 10-15 минут такой послеобеденной релаксации».

Сейчас методики Центра востребованы в основном бизнес-структурами, которые тоже хотят экспериментировать с технологиями.

«В прошлом году мы сотрудничали с одной компанией — они делают тренажер для программистов. Хотят разработать свой диагностический обруч, который бы анализировал спектры мозга и привязывал их к определенным состояниям, — вспоминает Виктор. — Говорят, они уже выделили десяток таких состояний». Но Виктор настроен скептически: чувствительность прибора слишком мала для получения качественных результатов.

Другая надежда Центра — на конкретных потребителей, прежде всего биохакеров и спортсменов-любителей. Но этот рынок только начинает формироваться. К примеру, если в США участников любительского триатлона около двухсот тысяч, то в России — в семь раз меньше. Да и тех, кто готов бегать или учить язык с датчиком в ухе, пока немного. А скептики скорее предпочтут живого тренера электронному.