Человек как биологический вид все еще подстраивается под жизнь в городе, тем более — в мегаполисе. Когнитивный психолог Мария Фаликман изучает, как наш мозг меняет структуру под воздействием небоскребов и запутанной транспортной системы. Об этом исследователь рассказывает в сборнике «Горожанин: что мы знаем о жителе большого города?» издательства Strelka Press. ЧТД собрал основные тезисы.

Мозг и его «внутренняя карта»

Исследования пространственной ориентации людей в городе начались более полувека назад. Первопроходцем в этой области стал в 1960 году специалист по городскому планированию Кевин Линч (Kevin Lynch), автор монографии «Образ города» (на русском языке в переводе В.Л. Глазычева она вышла в 1982 году).

Мария Фаликман

Мария Фаликман —

доктор психологических наук, руководитель департамента психологии факультета социальных наук НИУ «Высшая школа экономики», автор раздела «В эпицентре шума. Почему человек не создан для города» в сборнике «Горожанин: что мы знаем о жителе большого города?»

Линч провел исследование в трех очень разных американских городах — Бостоне, Лос-Анджелесе и Джерси-Сити. Он просил участников эксперимента нарисовать определенный участок своего города так, как если бы им пришлось объяснять его устройство приезжему. Для сравнения использовалась карта того же участка, нарисованная профессиональным картографом.

Линч наблюдал, в каком порядке респонденты заполняют свои самодельные планы объектами, и делал выводы, какие элементы в плане играют ключевую роль, а какие — второстепенную.

Одновременно участники эксперимента подробно описывали свои путешествия по городу и называли те его части, которые помнят лучше прочих.

Исследование позволило Линчу выделить пять групп элементов, на которых базируется зрительный образ города. Одни и те же объекты и образы появлялись в ответах множества жителей разных городов. Они служат элементами «когнитивных карт» человека, то есть того внутреннего образа города, по которому мы ориентируемся.

Пять элементов когнитивных карт

Исследование Кевина Линча показало, что основой наших представлений о городе являются пути, границы, районы, узлы и ориентиры.

1. Пути. Это улицы, автомагистрали, набережные. Главный признак путей — непрерывность и узнаваемость. То и другое необходимо, чтобы горожанин не терял ориентации и знал, где находится. Узнаваемость может обеспечиваться, например, фасадами домов или другими архитектурными характеристиками, а также функциями: бывают торговые улицы, бывают — жилые или проезжие.

2. Границы. Линч назвал границами «окаймляющие линейные элементы», которые обозначают разрыв городской среды. Проще говоря, это берега рек, края городских районов, внутригородские стены. Обычно при переходе границы меняется качество среды, а это меняет и поведение прохожего, что способно вызвать ощущение неопределенности и даже тревоги.

3. Районы. Это относительно однородные участки города. Они не обязательно однородны в архитектурном плане, но объединены функционально или по социальному статусу обитателей и всегда имеют собственный «характер». Иногда люди выделяют район не по зрительным ощущениям, а, например, по характерным запахам или шумам.

4. Узлы. Имеются в виду места пересечения путей, которые выполняют определенные функции. Узлами считаются, например, вокзалы и станции метро. Большой город, который трудно представить себе как целое, может отображаться в сознании жителей в виде упорядоченной последовательности таких узлов.

5. Ориентиры. Это объекты или элементы, которые сильно отличаются от окружающих построек и хорошо запоминаются: памятник, самое высокое здание на улице, школа или магазин. Ориентиры обычно работают внутри района.

«Горожанин: что мы знаем о жителе большого города?»

Книга издательства Strelka Press — сборник эссе разных авторов. Это попытка взглянуть на современного жителя большого города, предпринятая ведущими экспертами из разных областей — психологии, антропологии, экономики, философии, урбанистики.

Типичные ошибки при восприятии пространства

Прохожие, рисуя карту-схему города, опускают детали или упрощают их: «выпрямляют» углы на перекрестках, сглаживают изгибы улиц и масштабируют внутреннюю карту. В результате на таких картах центр может выглядеть больше, чем окраины.

От чего зависит наше ощущение расстояний, выясняла московский психолог Ирина Блинникова. Она обнаружила целый ряд интересных феноменов.

Знакомые и незнакомые объекты. Точность оценки расстояний между городскими объектами зависит от того, насколько человек хорошо знает конкретный маршрут. Но эта зависимость неоднозначна. Расстояния между хорошо знакомыми нам городскими объектами, которые мы объединяем (скажем, в квартал), мы чаще всего уменьшаем. И наоборот: если два объекта в нашем сознании принадлежат к разным группам, то мы «растягиваем» территорию между ними.

Опасные и безопасные объекты. Расстояния до объектов, которые кажутся нам опасными, мы воспринимаем как более значительные, чем они есть на самом деле. В одном из исследований Блинниковой жители московского района оценивали путь до двух объектов: фабрики валяных изделий и котельной. Фабрика внешне выглядела безобидно, но загрязняла атмосферу, а котельная, наоборот, выглядела угрожающе из-за высокой трубы и пара, но в действительности не представляла опасности. Половина жителей района, принявших участие в исследовании, знала о том, какой из объектов на самом деле опасен, другая половина — нет.

Все респонденты должны были нарисовать план микрорайона и оценить расстояния между дюжиной объектов, включая здания фабрики и котельной. Выяснилось, что осведомленные о рисках жители переоценивали расстояние от экологически опасной фабрики до объектов в округе. Неосведомленные жители аналогичным образом завышали расстояние до котельной, которая казалась им опасной.

Построение маршрутов меняет наш мозг

Навигационные гаджеты значительно облегчили нам жизнь. Раньше задачу «как попасть из точки А в точку Б оптимальным путем» мы решали самостоятельно. Кто-то и сейчас предпочитает перемещаться без навигаторов. Для таких людей есть хорошая новость: обходясь без электронных помощников, они меняют свои мозговые структуры и заставляют их работать эффективнее.

В начале 2000-х годов Элеанор Магуайр (Eleanor Maguire) с коллегами исследовала мозг таксистов. Чтобы получить лицензию таксиста в Лондоне, необходимо пройти четырехлетнее обучение и сдать сложнейший экзамен по навигации. Нужно уметь быстро выстроить оптимальный маршрут от одной произвольной точки до другой. Естественно, для этого требуется знать огромный Лондон как свои пять пальцев.

Магуайр с помощью МРТ исследовала размеры гиппокампа (участок мозга, где находится наша внутренняя «навигационная система») кандидатов в таксисты.  

В первый раз — когда они только начинали обучение, и еще раз — после тренировок, когда они сдавали экзамен.

Исследование показало, что у тех кандидатов, кто научился ориентироваться в Лондоне (доказательством служила успешная сдача экзамена), за время обучения увеличивался задний отдел гиппокампа. У тех же, кто провалил экзамен, таких изменений не наблюдалось.